Электронная библиотека

Ольга Клюкина - Святые в истории. Жития святых в новом формате. IV-VII века

Ольга Клюкина - Святые в истории. Жития святых в новом формате. IV-VII века
В серии "Святые в истории" писательница Ольга Клюкина обращается к историческим свидетельствам, чтобы реконструировать биографии христианских подвижников различных эпох. О святых минувших столетий автор рассказывает живым современным языком, делая их близкими и понятными сегодняшнему читателю.
Вторая книга серии охватывает IV–VII века и посвящена эпохе Вселенских соборов, христианизации варварских народов и становлению монашества.
Содержание:

Ольга Клюкина
Святые в истории. Жития святых в новом формате. IV–VII века

Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви 13-320-2533

От издательства

Книга, которую вы держите в руках, продолжает серию "Святые в истории". Ее автор, писательница Ольга Клюкина, воссоздает биографии святых различных эпох. Подобная реконструкция возможна лишь отчасти, особенно когда речь идет о святых древности, а во многих случаях недоступна вовсе. Поэтому серия включает жизнеописания тех подвижников, о которых имеются достаточные исторические сведения: мученические акты; жития, максимально приближенные по времени к описываемым событиям; свидетельства современников; наконец, сочинения самих святых. Биографии помещены в широкий исторический контекст, позволяющий более ярко представить реальную жизнь подвижников веры. Несмотря на обилие исторических фактов, книга читается удивительно легко, на одном дыхании. Рассказывая о святых прошлых столетий живым современным языком, автор делает их близкими и понятными сегодняшнему читателю.
Серия выстроена по хронологическому принципу и состоит из шести книг, рассказывающих о двадцати веках христианства. Ключевые моменты истории Церкви и святости каждого периода раскрываются через жизнеописания девяти наиболее значимых святых.
Вторая книга серии охватывает период IV–VII веков. После прекращения гонений на христианство в начале IV века Церковь оказалась в новых исторических условиях и была вынуждена отвечать на вызовы времени. Это время известно как эпоха Вселенских Соборов, когда под натиском разнообразных ересей выкристаллизовывалось христианское вероучение, формулировались догматы и отстаивалась чистота веры. Получив официальный статус, Церковь должна была выстраивать взаимоотношения с государством, и политические деятели порой играли в церковной истории не меньшую роль, чем религиозные. Завершение эпохи мучеников поставило вопрос о путях к святости. Когда для того, чтобы быть христианином, уже не требовалось пожертвовать жизнью, монашество стало формой бескровного мученичества. Богатые всходы принесла в этот период и христианизация варварских народов, давших Вселенской Церкви немало самобытных святых.

Предисловие

Нужно ли сегодня по-новому писать о святых? Чем этот "новый формат" лучше старого и нужен ли он нам?
Возможно, мы не задавали бы себе эти вопросы, если бы не сонм новомучеников, прославленных Русской Православной Церковью. Именно благодаря им, мученикам и исповедникам XX века, стало ясно: жанр агиографии нуждается в переосмыслении.
Между XVIII веком, когда святитель Димитрий Ростовский составлял житийный сборник Четьи Минеи, и нашим временем пролегла эпоха, принципиально изменившая отношение к житийным текстам. У сегодняшних читателей есть опыт встречи со святыми – практически современниками, ровесниками наших бабушек и дедушек. У них тоже есть жития, составленные на основании протоколов допросов, воспоминаний очевидцев. Читая их истории, невольно задаешься вопросом: неужели эти документальные свидетельства имеют такое же отношение к жанру агиографии, как, скажем, житие целителя Пантелеймона?
О чем нам рассказывают жития древних подвижников? На их страницах в изобилии представлены чудесные истории. Мученика калечат, а на следующий день он предстает здоровым и полным сил; его терзают дикие львы, а он обращается к мучителям с обличительной речью; ему отсекают голову, а вместо крови истекает молоко, вдруг начинают расцветать деревья. Факт святости подтверждается многочисленными необычными явлениями.
А что мы находим в житиях новомучеников? Надругательства уголовников, страшные издевательства следователей, отречение семьи от "врага народа". Эти факты зафиксированы в документах, нередко имеются живые свидетели содеянного.
Как связать истинность подвига того, далекого, мученика с истинностью подвига сегодняшнего? Как увидеть в житии, изобилующем барочными декорациями, настоящего и реального человека, скажем, великомученика Пантелеимона, страдальца за Христа? Он для нас – великий святой, мы молимся ему об исцелении от болезней. А к новомученику и обращаться-то неловко с просьбами. Казалось бы, ну что можно просить у не сдавшегося, не отрекшегося от Бога, но растерзанного, изувеченного, искалеченного, униженного страдальца?
Серия "Святые в истории" дает нам возможность выйти из "прекрасного барокко" в настоящую жизнь и перекинуть мостик между древностью и современностью.
Сегодня переосмысление древних житий крайне актуально. Важно уметь отделять красоту стиля рассказчика и иконописную позолоту события от исторической реальности. Когда святые далеких веков вводятся в реальный контекст жизни, мы осознаем, что их страдания – такие же настоящие, как и страдания наших предков в XX столетии. И тогда полумифический персонаж становится истинно святым, живым и близким.
Святые в древней житийной литературе предстают перед нами как особые люди, специально рожденные по воле Божией. Стать святыми было их предназначением. Преподобный Сергий уже во чреве матери восклицал и молока материнского не вкушал в среду и пятницу. Он родился святым, у него и выбора-то иного не было!
Обычному человеку трудно подражать таким святым. Да и как тут подражать? Их путь предопределен. Но если познавать жизнь древнего святого в контексте той исторической реальности, которая его окружала, становится ясно: это простой человек. И он так же, как любой простой человек, мог дрогнуть, не выстоять, оказавшись перед выбором. И приходит мысль: "А ведь и я могу оказаться на этом месте". Ведь в действительности святые отличаются от нас только одним – они уже свой выбор сделали, а нам это еще предстоит.
Важно понимать – святыми не рождаются. Вот почему так важны для нас личные свидетельства самих святых и воспоминания очевидцев. Их сохранилось не очень много. У нас есть исповедь Блаженного Августина. Есть потрясающие "Душеполезные поучения" аввы Дорофея. К этой книге никто не относится как к житию, а ведь она содержит очень яркие автобиографические зарисовки. Например, авва Дорофей пишет: "Когда я был маленьким мальчиком, я ужасно не любил учиться и смотрел на книгу как на некоего ядовитого зверя. Но в какой-то момент я себе сказал, что буду читать. И я заставлял себя читать. И я заставлял себя учиться. И приобрел такой навык чтения, что уже не мог оторваться и забывал, где день и где ночь, и меня специально кормили, потому что я забывал поесть. И когда я пришел в монастырь, я подумал: "Если я приобрел такой навык к обычным, светским предметам, почему бы мне не попробовать сделать то же самое в своей духовной жизни?""
Из таких историй по крупицам собирается реальный контекст жизни реального человека. Полагаю, что именно так должны создаваться жития святых. Ведь чудеса – даже если они действительно происходили – не главное в жизненном пути святого.
Самое главное в подвиге мученика – это верность Христу. А мы, к сожалению, как правило, воспринимаем святого по количеству чудес, им совершенных. Есть чудеса – значит, настоящий святой, у него есть сила и власть.
Книги серии "Святые в истории" – не про чудеса. Они о том, что есть лишь одно чудо – совершенная верность Христу, совершенное следование за Богом. Как у новомучеников, читая о которых видишь Евангелие, любовь, прощение, молитву за врагов. И это главное.
Протоиерей Алексей Уминский,
настоятель храма Святой Троицы в Хохлах
(г. Москва)
Страница: 1 2 3 ... 36 37 38 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0186 сек
SQL-запросов: 0