Электронная библиотека

Валерий Воскобойников - Картины из села Гаврилова

Повесть Валерия Воскобойникова "Картины из села Гаврилова" была опубликована в журнале "Искорка" №№ 8-10 в 1986 году.

Валерий Михайлович Воскобойников
Картины из села Гаврилова
Валерий Воскобойников - Картины из села Гаврилова

До конца учебного года оставалось всего несколько дней, когда к Саше подошёл учитель истории и позвал с собой в Крым на археологические раскопки. Ясно, что к первому встречному с таким делом учитель истории подходить бы не стал, но Саша и не был первый встречный.
Они познакомились шесть лет назад первого сентября.
Тогда мама привела Сашу "первый раз в первый класс", дала ему большой букет георгинов, и Саша, зажав букет двумя руками, стоял в строю вместе с такими же первоклассниками, а мама тянулась из толпы родителей сфотографировать этот исторический момент в жизни сына.
А Саше было страшно.
После линейки к ним подбежали десятиклассники. Саша не знал, что так положено - десятиклассники дарят первоклассникам книги и отводят их в школу за руку. И когда десятиклассники стали брать его соседей и куда-то уводить от едва знакомой учительницы, Саша напугался ещё больше.
И тут к нему подошёл совсем огромный десятиклассник. Будущий Николай Павлович.
- Тебя как зовут? - спросил десятиклассник.
- Сашенька.
Но десятиклассник не стал потешаться, хотя другие обязательно бы посмеялись над этим "Сашенькой". Он только сказал:
- Здесь тебя будут звать Александр. Или Саша. И ты не бойся. Я, когда первый раз пришёл в школу, ещё сильнее тебя дрожал, а теперь сам хочу учителем стать. - Перед крыльцом он добавил: - Если кто обидит, ищи меня. Ты - в первом "а", я - в десятом "а". Значит, у нас классы одинаковые.
Немного найдётся первоклассников, у которых есть старший друг из десятого! Саша сильно загордился, когда на другой день будущий Николай Павлович сам его нашёл на перемене и спросил, как жизнь. Другие забыли, кого они там вели с линейки, а Николай Павлович помнил, часто спускался в их коридор и отыскивал Сашу.
Однажды зимой в раздевалке кто-то сбросил пальто на пол и расшвырял шарфы и шапки. А тут прибежал Саша, чтобы взять из кармана забытую точилку для карандашей. Он стал разыскивать своё пальто среди груды других, а к раздевалке подошли дежурные восьмиклассники вместе со своей учительницей.
- Вот он! Вот он! - закричали восьмиклассники. - Его компания убежала, а он остался!
Его схватили за руки и с криком повели по коридору к директору, следом молча шла учительница. Саша не вырывался, только тихо плакал. Если бы не Николай Павлович, как знать, может быть, жизнь пошла бы с того дня другая. А ведь Николай Павлович не был учителем, просто учеником, но он встал на пути кричащей процессии и спокойно сказал:
- Давайте подумаем, что произошло.
Только один он умеет говорить так тихо, чтобы все сразу услышали.
Восьмиклассники притихли.
- Я этого мальчика хорошо знаю, это Саша из первого "а", и ничего дурного он сделать не способен. Вы же сами видите, у него обострённое чувство совести.
Только что Сашу волокли по коридору, как страшного преступника, а теперь сразу посмотрели на него с уважением, будто и вправду разглядели в нём это "обострённое чувство совести".
Теперь-то Саша понимает, что Николай Павлович, может быть, изменил тогда всю его жизнь. Приволокли бы его, зарёванного, к директору, наказали бы ни за что, и неизвестно, что бы с ним было дальше. Он от обиды мог бы такого наворотить потом!
А слова Николая Павловича про чувство совести в нём засели. И даже если бы у него этого чувства и не было, оно бы стало вырастать. Слова эти много от чего Сашу уберегли и уберегут, наверно.
Так шёл Саша по родной Колокольной улице во второй день летних каникул и думал о себе и о Николае Павловиче, как вдруг из парадной, около пирожковой, выскочила девочка.
Девочке, как и Саше, было лет двенадцать. Она смотрела на него так просительно и одновременно смело, как ни одна девчонка из его класса не посмотрела бы.
- Мальчик, пойдём со мной, пожалуйста. Ты нужен.
- Зачем? - растерялся Саша.
- Пойдём-пойдём, - позвала она снова, - ты очень нужен.
И Саша пошёл за нею. Он мог, конечно, и не идти, но девочка решила бы, что он испугался. А это страшней всего.
Лестница была широкая. Они поднимались на второй этаж. Девочка повторяла:
- Ты нам нужен, ты нам очень нужен.
"Поднять что или перенести?" - думал Саша.
Девочка распахнула широкую деревянную дверь с какой-то надписью, и Саша насторожённо вошёл в большую светлую комнату.
В комнате вдоль стен на табуретах сидели шесть таких же девчонок, у каждой был большой блокнот. А в углу около обыкновенного письменного стола стояла пожилая женщина.
- Привела, - сказала девочка, - он согласен.
- Молодец, Света, - похвалила её женщина и стала оглядывать Сашу. - Хороший мальчик, как раз, какой нужен. Тебя, мальчик, как зовут?
- Саша, - ответил он охрипшим голосом.
- Хорошее имя, - женщина снова его осмотрела. - Ты нам, Саша, очень поможешь. Всего часа три, не больше. Вставай сюда, - показала на небольшое возвышение в центре комнаты. - Так. Ты ловил рыбу? Бери удочку.
- Ловил, - вид у него был наверняка дурацкий, потому что он не знал, чего от него хотят.
- Вставай и лови рыбу. - Женщина хлопнула в ладоши. - Девочки, рисуем рыболова!
Только теперь он догадался: он будет изображать рыболова, а девочки - его рисовать.
- Смотрите, девочки, Саша встал в характерную позу, - говорила женщина, - плечи расслаблены, живот немного вперёд.
Саша испугался и втянул живот в себя.
- Нет-нет, расслабься. Живот у человека всегда немного вперёд, когда он в такой позе. Помните, мы рисовали балет. Там линия живота иная, а лопатки соединены вместе. Взгляните на лицо: у Саши чётко очерчен профиль, хорошо разработана линия носа, сформированы губы, подбородок.
У него такое первый раз в жизни было - чтобы его разглядывали и обсуждали.
Валерий Воскобойников - Картины из села Гаврилова
Девочки принялись рисовать Сашу в свои блокноты, хмурились, издалека, с помощью карандашей, сравнивали длину его головы, рук, шеи. А он устал стоять на одном месте с дурацкой удочкой, и женщина сразу это заметила.
- Не напрягайся, Саша. Если устал, сделаем перерыв. Позировать - дело трудное. Особенно впервые.
Женщина обходила девочек, что-то подправляла у них в блокнотах, а Саша ругал себя, что вляпался в нелепую историю, ведь он шёл в библиотеку со списком книг, который составил Николай Павлович. Но, с другой стороны, это было интересно - смотреть, как они рисуют и как у них в блокнотах он по-разному получается.
Наконец женщина объявила:
- Разомнись, Саша. Перерыв, прошёл час.
Лучше всех рисунок был у Светы. Рядом рисовала её подруга - толстая Маша. Теперь Маша включила в дальнем углу на столе электрический чайник, с полки достала чашки.
Все подходили, наливали себе чай, брали печенье, только Саша сидел посреди комнаты и делал вид, что не замечает их чаепития. Но Света поставила на раскрашенное глиняное блюдо чашку, положила рядом печенинки и всё принесла ему.
- Пей, пожалуйста, - сказала она и посмотрела ему в глаза.
У них в классе девчонки никогда так в глаза не смотрели.
Все пили чай и обсуждали, кто куда поедет летом. Саша думал, что они поедут в какие-нибудь необыкновенные места, но они разъезжались кто куда - по дачам и лагерям.
А Света сказала:
- А я - в деревню, к родственникам. Там пейзажи красивые.
- И рисуй побольше животных. Девочки, все, кто едет в деревню, старайтесь рисовать животных! - посоветовала женщина. - А ты, Саша, куда поедешь?
- В Крым, на археологические раскопки, - сказал он, хотя перед Крымом тоже собирался съездить в деревню.
Все посмотрели на него с уважением.
- Давно мечтаю побывать в Крыму, - сказала женщина.
Перерыв кончился. Света взяла у Саши красивое блюдо с чашкой и отнесла на место. Саша снова встал в позу рыболова, но теперь это было не так трудно.
Они стояли на Колокольной улице, их слепило яркое солнце, рядом проезжал трамвай, а следом медленно шла поливальная машина.
Саша, Света, её подруга - толстая Маша - прижались к стене, чтобы их не забрызгало струями, и Света обрадовалась:
- Смотрите, вокруг поливалки радуга!
Саша тоже любил ходить следом за поливальной машиной. Воздух рядом с ней становился прозрачным, серебристым, а от луж с асфальта поднимался тёплый пар.
- Сходим в Русский музей?
- Я тоже с вами, - вдруг проговорил Саша, хотя Света спрашивала не его, а подругу.
Они шли мимо коней на Аничковом мосту.
- Смотри, видишь надпись: "Отливал барон Клодт", - сказала Света. - Клодт этой надписью очень гордился. В литейное дело шли крепостные, и вдруг барон сам захотел стать подмастерьем, а потом выучился на мастера. И лично отливал коней. А когда у него в работе был памятник Крылову, - помнишь, сколько там зверей, - многие эти звери жили у него дома и сильно его любили.
"У нас в классе ни одна девчонка такого не знает!" - подумал Саша.
В Русском музее Света сразу же повела их в ближний, правый зал.
Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Ctrl →

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0486 сек
SQL-запросов: 0