Электронная библиотека

Дарья Донцова - Метро до Африки

– Подожди в спальне, – приказал толстяк и начал сосредоточенно намыливать щеки.
Я вернулась в его комнату, села в кресло, положила ноги на пуфик и взяла сборник кроссвордов. В свободное время приятель обожает решать головоломки.
– Мама! – послышалось из ванной. – Офигеть!
Последний глагол толстяк употребляет очень редко, и то, что он прозвучал сейчас, свидетельствовало о крайней степени изумления и раздражения одновременно. Дверь ванной распахнулась, в спальню влетел полковник. Его лицо приобрело приятный бронзово-коричневый оттенок.
– Ты дала мне красящий шампунь, – зашипел Александр Михайлович, – и теперь я похож на негра.
– Вовсе нет, просто у тебя вид загорелого мачо. А ты, оказывается, оттеняешь волосы? Извини, не знала. – Я искренне попросила прощения.
Полковник закашлялся.
– Мне случайно в магазине подсунули тюбик, – наконец ответил он, – я не пользуюсь этим средством, а выбросить его руки не доходили. И куда я теперь с мордой цвета кофе?
– Два раза умоешься, и все сойдет. Лучше сядь, нам надо поговорить.
– Надеюсь, не о ерунде, – буркнул Дегтярев и плюхнулся в соседнее кресло. – Давай, начинай. Какова цель беседы? Изложи четко, ясно, коротко, не люблю пустой болтовни. Кстати, где пакет с лекарствами? Я положил его на кровать, и словно собака его слизала!

Глава 16

На следующий день, медленно пробираясь через пробки к библиотеке, я предавалась мрачным мыслям. Дегтярев так и не вспомнил, по какой причине он пришел к Юлии Моргаловой. Не сумел он назвать и фамилию человека, который нанял его. Впрочем, тайной для Александра Михайловича осталось и то, чего тот от него хотел. Проследить за женой? Найти домашнего вора?
(Ну да, по последнему поводу часто нанимают именно частного детектива. Ведь если вы обеспеченный бизнесмен и обнаружили пропажу драгоценности или энной суммы денег, причем не где-нибудь, а у себя дома, вы не станете поднимать шум и писать официальное заявление в милицию. Нечистым на руку человеком вполне может оказаться кто-то из вашего ближайшего окружения, и огласка вам наверняка не нужна.)
Однако Дегтярев отмел мои предположения.
– Не помню, – бубнил он. – Ничего не помню, вообще! Вышел с работы, поехал домой… бац! Стою в чужой квартире, голова болит, меня тошнит, падаю на бок…
Помучив полковника некоторое время, я оставила его в покое. Но сегодня утром мы ухитрились поругаться.
Я спустилась в столовую около семи. Для столь раннего пробуждения имелась веская причина: мне хотелось застать врунью Жукову дома, я испытывала непреодолимое желание задать медсестре парочку вопросов.
Честно говоря, я не ожидала кого-либо встретить в столовой, но, к моему ужасу, там обнаружилась целая толпа.
– Уже встали? – выдохнула я.
– Едем на рынок, – словно Суворов, собирающийся перейти через Альпы, заявил Дегтярев, – утром самый большой выбор.
– Лучше пойти в магазин, – необдуманно ляпнула я. – Когда Оксана делала ремонт, она регулярно ездила в строительный гипермаркет "Касторама" и осталась очень довольна – всего полно, цены разумные.
– Рынок дешевле, – побагровел Дегтярев, – не спорь! Я знаю точно.
– Ладно, ладно, – пошла я на попятную, – езжайте куда хотите.
– Слушайте, – оживился Аркадий, – давайте и правда в этот гипермаркет смотаемся. У меня один коллега там все одним махом купил. День потратил и забыл про материалы…
– Я не намерен зря тратить деньги! – взревел полковник. – На рынке дешевле.
– Не всегда, – помотал головой Кеша.
– Не смей спорить! – разозлился полковник. – Я принимаю стратегические решения.
– Вместе со мной, – напомнил Андрей.
– Ну да, – слегка сбавил обороты Дегтярев.
– Думаю, надо рулить на рынок, – улыбнулся художник. – В магазине однозначно дороже, торговый центр тратится на зарплату продавцам, аренду помещения, электричество, рекламу, и все отражается на покупателях. А на рынке нужно только за место две копейки отдать!
– Точно, – подтвердил полковник. – Молодец, Андрюша.
– Но качество! – отстаивал свою позицию Кеша. – Гипермаркет закупает, допустим, краску у приличной компании, берет огромную партию дешево, опт ведь всегда меньше стоит. А мелкий предприниматель обращается к малоизвестным производителям, отсюда вытекает…
– Ой, не спорьте! – прервала Аркадия Тася. – Давайте я съезжу в "Кастораму", а потом на рынок и составлю прайс-лист.
Я посмотрела на Волкову. Тася святой человек. Думаете, почему она живет у нас? Андрей лишился дома, очутился на улице, его сестра, похоже, не собирается оставлять несчастного в покое, продолжает попытки руководить Корундовым. Художник мягкий человек, он не способен послать авторитарную бабу по известному адресу, и Тася взяла на себя роль буфера между родственниками. Она сглаживает углы и слегка придерживает Динку, впадающую в ярость по любому поводу. Интересно, на чьей стороне Волкова? С кем она реально дружит? С Диной? Ну тогда моя бывшая однокурсница заслужила орден человеколюбия. И в молодые-то годы Дина была невыносима, а сейчас и вовсе превратилась в медведя гризли. Бедная Волкова, у нее, вечно озабоченной чужими проблемами, нет ни мужа, ни детей. Может, Тасе следует хоть изредка думать о себе?
– Мне совсем не трудно составить список цен, – говорила тем временем Таисия.
– Рулим на рынок! – одновременно рявкнули Дегтярев с Корундовым, а Кеша опять заговорил о "Кастораме".
Ситуация в столовой начала накаляться. Я незаметно выскользнула в коридор и была такова. Пусть покупают стройматериалы без меня.
Едва я села за руль, как ожил мобильный.
– Значит, ты не желаешь участвовать в семейном деле? – спросил Дегтярев. – Ладно, амнистирую. Кстати, куда ты дела пакет с лекарствами? Где "Кома мао" и прочее?
– Вручила тебе, – ответила я.
– Нет, – начал спорить толстяк, – не было та­кого.
– Отлично помню, как ты взял кулек и сунул его под пуловер!
– Зачем мне запихивать туда пузырьки? – повысил голос Дегтярев.
– В холл вышла Дина, и ты, наверное, не хотел, чтобы она видела лекарства, – предположила я.
– Нет! – уперся полковник. – Я никогда ничего не забываю, не теряю, не путаю!
– В самом деле? – язвительно осведомилась я. – Зато я хорошо помню, как некая личность, смыв с лица красящим шампунем средство для укладки волос, произнесла фразу: "Я бросил лекарства на кровать, а их как собака языком слизала".
– Не выдумывай глупости, – вздохнул Дегтярев. – Не надо искать оправданий собственной рассеянности, честно признайся, что потеряла таблетки или просто забыла зарулить в аптеку. Дарья, у тебя начинаются проблемы с головой, а я, слава богу, не страдаю провалами памяти. Да, кстати, помнишь загадку?
– Какую? – удивилась я.
– И ты еще что-то говоришь о чужих недостатках… – довольно заметил Александр Михайлович. – Про собаку, которая ищет наркотики. Какое слово сказал ей пассажир Сергей, когда псина обнюхивала его чемодан? Что он произнес, если это посчитали фактом, мешающим животному выполнить служебные обязанности? Мало того – представили дело как личное оскорбление песика и впаяли Сергею пятнадцать суток.
– Знаешь, я думала над этой загадкой, но…
– Никак не можешь найти отгадку, – радостно закончил за меня полковник. – Короче, купи необходимые мне средства. Все. Выполнить и доложить!
Из трубки полетели гудки. Можно, я не стану комментировать поведение толстяка? У меня просто нет слов.
К Жуковой я опоздала – Полина уже ушла из дома, на звонок в дверь никто не отреагировал. Решив не унывать, я приехала в больницу, поднялась в отделение, увидела на посту прыщавую блондинку и спросила:
– Где я могу найти Жукову?
– Сегодня не ее смена, – зевая, ответила девушка, – она выйдет завтра.
Выдержав и этот удар, я села в машину и покатила в НИИ проблем воспитания, проведя по дороге сеанс аутотренинга. "Спокойно, Дашута, – твердила я сама себе, – случаются порой неудачные дни, но завтра вновь засияет солнце. Жукова придет на службу, и ты заставишь ее рассказать правду. Хорошо, что Полина умелась из квартиры ни свет ни заря. Допрошу ее в больнице, тут она побоится скандалить, а в родных пенатах может устроить дебош".
На сей раз в пустом читальном зале за стойкой сидела маленькая, похожая на недокормленную птичку старушка. Сходство с голодным воробышком ей придавала "рваная" стрижка, выполненная явно непрофессиональной рукой, и слишком тонкий нос.
– Вы к нам? – обрадовалась она. – Хотите книжечку взять? Очень хорошо! Я заскучала тут в одиночестве. Открыла зал в десять, и ни одной души. Новенькая, да? В отдел к Сергею Юрьевичу нанялись?
– Я ищу Анну Иосифовну Кранц, – улыбнулась я.
– Уже нашли, – заявила библиотекарь, – вот она я собственной персоной.
– Вы ведь знакомы с Юлией Моргаловой? – сразу схватила я быка за рога.
– С кем? – удивилась Кранц.
– Может, общались с девушкой, когда она была Яценко?
– А, с Юлечкой! – встрепенулась Анна Иосифовна. – Ну конечно! Дочка покойной Лёки! Как она поживает? Наверное, замуж вышла. Вы упомянули сначала другую фамилию.
– Моргалова. Верно, Юлия была расписана с Николаем, своим соседом.
– Почему была? – мигом отреагировала Кранц. – Девочка развелась? О темпора, о морес[6]! Нынче не встретишь крепкую семью. А от меня вы чего хотите?
– К сожалению, я принесла печальную весть.
Анна Иосифовна прижала узкие ладошки к бледным щекам.
← Ctrl 1 2 3 ... 24 25 26 ... 60 61 62 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0002 сек
SQL-запросов: 0