Электронная библиотека

Тереза Томлинсон - Лунные Всадницы

Томи с Мириной крепко спали, когда все началось. Сначала загрохотала деревянная входная дверь, как будто ее со всей силы дергали туда-сюда Молодые разом проснулись и обнаружили, что постель их скользит через всю комнату. А в следующий миг они кувырком полетели на пол, судорожно вцепившись друг в друга.
- Землетрясение, - прошептал Томи. - Ты ушиблась?
- Нет. - Мирина встряхнула головой: перед глазами плыло. - Нет вроде бы, так, синяк-другой от силы.
Они встали и, все еще пошатываясь, побежали проверить, в порядке ли Кассандра с Хрисеидой. Дворец вроде бы рассыпаться не собирался, хотя в стенах образовались огромные трещины. По коридорам разносились отчаянные крики.
- Сотрясатель Земли!
- Морской Бог разгневан!
- Это Посейдон нас атакует?
Томи с Мириной уже добрались до покоев Кассандры, когда раздался ужасный душераздирающий вопль. Все четверо бросились в коридор: стенания доносились из Елениных покоев. Елена, схватившись за голову, пронзительно кричала и билась в истерике. Две няньки стояли на коленях в пыли, и тут же, на полу лежали тела двух маленьких сыновей, что Елена родила Парису. Обычно они спали с няньками на детской половине.
- Ох, нет, - воскликнула Кассандра.
- Стены обрушились… стены обрушились прямо на них! - рыдали няньки. - Мы не успели их оттащить! Мы не виноваты! Не виноваты!
Кассандра отпрянула назад, бледная, дрожащая, и заткнула уши.
- Что такое? - Мирина схватила ее за плечо.
- Конь… конь мчится галопом вдоль стен, кругами, кругами, - пробормотала она, дрожа от головы до пят. - Ты разве не слышишь? Конь бьет копытами… он крушит стены Трои! - Внезапно из носу ее хлынула кровь и потекла по платью.
- Уведите ее отсюда! Уведите ее! - завизжала Елена, указывая пальцем на Кассандру. - Она всем приносит несчастье, куда бы ни шла! Она ведьма! Клянусь вам! Это она во всем виновата! Выгоните ее!
Мирина схватила Кассандру за плечо, и вместе с Томи они едва ли не силой увели царевну прочь, обратно в ее покои. Там они заставили бедняжку прилечь, а Хрисеида омыла ей лицо.
Кровь тотчас же остановилась, и Кассандра разом успокоилась. Внезапно она села на постели, словно бы вполне овладев собою. Голос ее звучал глубоко и властно.
- Час настал, - сказала она Мирине, пытаясь подняться на ноги. - Не жди более, беги!
Мирина смотрела в замешательстве, но Хрисеида поддержала подругу.
- Да, это твой шанс, - промолвила она.
Томи неуверенно нахмурился, но Кассандра взяла Мирину за руку и позвала всех на балкон, откуда открывался вид на южную часть города.
- Видите? - указала она. - Посмотрите вон туда, вниз. У инжирного дерева.
Все внимательно вгляделись туда, куда указывала царевна. Но видели они только группу стражников на башне: те глядели вниз, на стену, тыкали куда-то пальцем и взволнованно гомонили.
- Что такое? - не поняла Мирина.
- Стена треснула снизу доверху, - пояснила Кассандра. - После первого же дождя она рухнет и рассыплется, точно замок из песка, когда они вернутся.
Мирина и Томи недоуменно переглянулись.
- Кто-кто вернется?
Кассандра указала на море: синюю гладь повсюду испещрили черные точки ахейских кораблей. Они стремительно уплывали от троянского берега, на берегу осталось лишь несколько брошенных шатров и черные кострища.
- Чего это они? - спросил Томи.
- Это они на время Студеных месяцев уплывают? - полюбопытствовала Мирина.
- По-моему, им кажется, что на море они в большей безопасности, нежели на сотрясающейся земле, - предположил Томи.
Мирина обернулась назад, к треснувшей стене. Мысли путались: столько всего произошло за какой-то час! Сама Мирина никакой трещины не видела, но стражники и в самом деле были обеспокоены не на шутку и сокрушенно разглядывали каменную кладку; а Мирина уже не раз убеждалась, что к предостережениям Кассандры стоит прислушаться. Тяжело расставаться с подругой, но, наверное, час и в самом деле пробил.
Она повернулась к Кассандре и взяла ее за плечи.
- Идем с нами - пожалуйста, идем с нами!
Кассандра покачала головой.
- Мы - словно крысы: моряки рассказывают, будто крысы всегда бегут с тонущего корабля. - По щекам Мирины безудержным потоком катились слезы.
Но Кассандра, улыбаясь, положила руки на плечи подруги.
- Ты, как всегда, права! Ты права, моя прелестная Госпожа Змея! Но почему крысы бегут с тонущего корабля? Потому что не хотят идти на дно вместе с ним; они пустятся вплавь и попытаются выжить во что бы то ни стало! Забирай своих женщин, своих лошадей - и беги! Я велю страже выпустить их - скажу, что они поступают в твое распоряжение.
- Царевна права, - подтвердила Хрисеида. - Более удобного момента просто не будет. Сейчас Приаму не до вас.
- Да, - согласилась Мирина, и Томи кивнул.
- Ты поскачешь туда, где скрывается Ифигения? - спросила Хрисеида.
- Да, а ты к нам приедешь?
Хрисеида покачала головой.
- Нет, но, если ты не возражаешь, мы с Феаной выедем с тобой вместе, однако потом распрощаемся и отправимся в безопасную Фракию.
- Конечно, - кивнула Мирина.
- Но… пожалуйста, расскажи Ифигении про моего малыша Хриса. Я думаю поселиться на острове Сминфий с отцом, там мы всегда будем рады Ифигении - пожалуйста, передай ей мои слова! Сминфий может стать домом и ей, как только ахейцы уйдут из наших разоренных земель.
- Я непременно скажу ей, - пообещала Мирина. И поспешила прочь, на бегу, громко призывая Корониллу. - Быстро собирай Лунных Всадниц и ступайте в конюшни! Готовьте лошадей!
- Так мы бежим, да? - Коронилла себя не помнила от волнения. Все так ждали этой минуты! И теперь ей не терпелось претворить замыслы в жизнь.
Томи, Мирина и Кассандра быстро прошли по коридору из конца в конец, к южному выходу из дворца. По пути они вновь миновали Еленины покои. Дверь так и осталась широко распахнутой, и Мирина, не удержавшись, замешкалась на ходу и заглянула внутрь. То, что она увидела, потрясло ее до глубины души. Няньки и прислужницы осторожно обмывали тела двух бедных малюток и доставали чистую одежду, чтобы обрядить покойников, а Елена сидела перед зеркалом, втирая в щеки драгоценное розовое масло. Сладкое благоухание разливалось по комнате и плыло в коридор.
Царица Спартанская взяла горшочек с помадой и маленькую кисточку и принялась осторожно подкрашивать губы. Вот она прервалась и обернулась: заметила, что в дверях стоит Мирина и в лице у нее - ни кровинки. Все следы слез исчезли, словно их и не было, благодаря женским ухищрениями черты Елены сияли ослепительной красотой.
- Здесь для меня ничего более не осталось, - спокойно произнесла она. - Менелай всегда любил этот оттенок помады, а запах роз его просто с ума сводит!
Мирина глядела на царицу во все глаза.
- Мы все - крысы, - прошептала она.
Елена покачала головой и загадочно улыбнулась. Выглядела она безмятежно-прекрасной, невзирая на серебристые нити седины в волосах, - еще более прекрасной, нежели когда-либо прежде. Да, под всей этой мягкостью и обаянием таится несгибаемый металл. Елена, несомненно, выживет. Мирина встряхнула головой, напоминая себе, что надо торопиться. Развернулась - и бросилась бегом вслед за Кассандрой и Томи.
На улицах стояли плач и стоны, повсюду клубилась пыль и царил разор. В помещениях для рабов рухнула часть крыши - в том сарае, где спали дети. Мирина подошла к воротам. Кассандра с достоинством выпрямилась и властно объявила страже, что всех женщин велено под ее началом отправить расчищать завалы камней.
Воины беспрекословно послушались.
Мирина подала Акасе условленный тайный знак, резко разжав кулак, символ этот означал "свобода". Никто не произнес ни слова, но немой призыв мгновенно облетел сараи, стремительно, точно лесной пожар, передаваясь от женщины к женщине и от руки к руке. Стражники отвязали веревки, и женщины стройной чередой вышли за двери. Одни несли на руках младенцев, другие вели за руку только что научившихся ходить малышей - задача не в пример более трудная, однако все дети до единого вели себя послушно и тихо, радуясь возможности покинуть стены, что грозили обрушиться на них ночью.
Акася тихо прошептала, что двое малышей погибли точно так же, как сыновья Елены, и их матери отказываются уходить. Мирина, пригнувшись, вошла в приземистое строение, до половины заваленное битым камнем. Осиротевшие матери сидели рядышком, и каждая прижимала к себе погибшего ребенка. Они не кричали, не плакали, но это молчание, этот застывший взгляд были ужаснее любого крика. Женщины плавно покачивались взад-вперед, словно убаюкивая детей. Мирина подала им знак "свобода", но они лишь помотали головами. Мирина понимающе кивнула.
- Мы не можем заставить их уехать с нами, - сказала она Кассандре. - Все мы вольны в своем выборе.
- Я возьму их к себе прислужницами, - пообещала Кассандра. - Двоих я могу попытаться спасти, но всех - нет.
Мирина повернулась к подруге, с ужасом осознав, что настала пора прощаться. Как знать, доведется ли им встретиться снова? А выдавать свои чувства было никак нельзя: вдруг стража что-либо заподозрит? Расставание оказалось куда мучительнее, нежели рисовалось ей в воображении.
- Помоги тебе Маа спастись! - прошептала Мирина.
Но Кассандра в кои-то веки не испытывала страха.
- Я спасусь, - заверила она. - У Елены - свои способы, у меня - свои. Да ты погляди в зеркало, Госпожа Змея, и своими глазами убедись!
- Непременно погляжу, - пообещала Мирина.
← Ctrl 1 2 3 ... 48 49 50 51 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0066 сек
SQL-запросов: 0