Электронная библиотека

Дион Кассий - Римская история. Книги LXIV-LXXX

2(1) Переправившись через Евфрат, он вторгся во вражеские земли, где местность вообще крайне бедна водой, а в то время из-за жары и вовсе пересохла, что грозило ему потерей очень большого числа воинов.(2) Изнуренные походом и солнцем, они вдобавок сильно пострадали от песчаной бури, так что уже не могли ни идти, ни даже говорить и твердили только одно: "Воды, воды!" Когда же она появилась, то сначала из-за ее странного вкуса она показалась им совершенно негодной; тогда Север потребовал себе чашу и, наполнив ее водой, осушил на виду у всех.(3) После этого и некоторые другие тоже выпили ее, и силы вновь вернулись к ним. Затем Север достиг Нисибии и, сам оставшись здесь, отправил в разных направлениях против вышеназванных варваров Латерана, Кандида и Лета, которые, прибыв на место, опустошили земли варваров и овладели их городами.(4) И в то время как Север весьма гордился этими успехами, словно он превзошел умом и храбростью всех людей, случилось совершенно невероятное событие: некий разбойник по имени Клавдий, который орудовал в Иудее и Сирии и поэтому с особым усердием разыскивался, однажды явился к Северу в сопровождении всадников, словно какой-то военный трибун, поприветствовал и поцеловал его; и ни тогда его сразу не изобличили, ни позднее не поймали.
(1) Арабы, поскольку никто из их соседей не пожелал прийти к ним на помощь, вновь отправили послов к Северу, предлагая более умеренные условия. Однако они не получили того, что хотели, потому что не пришли лично.
3(1) В это же самое время скифы готовились вступить в войну, но, пока они совещались между собой, внезапно загремел гром и на них обрушились молнии с дождем, которые убили троих мужей из числа их предводителей, и это удержало их от выступления.
(2) Север снова разделил армию на три части, отдав командование каждой из них Лету, Ануллину и Пробу, и отправил их против Архэ. Они напали на нее с трех сторон и, хотя и не без труда, овладели ею. Север, даровав почести Нисибии, вверил управление городом всаднику; он заявлял, что присоединил к империи обширную территорию и сделал ее оплотом Сирии.(3) Однако на деле это завоевание стало для нас источником постоянных войн и больших расходов, ибо прибыль оно приносит совсем ничтожную, а суммы поглощает огромные; и теперь, когда мы достигли народов, которые ближе к мидянам и парфянам, нежели к нам, мы, можно сказать, непрерывно сражаемся с ними.

ЭПИТОМА КНИГИ LXXVI

LXXV 4(1) Север еще не успел перевести дух от сражений с варварами, как началась гражданская война с цезарем Альбином. Север ведь, после того как устранил со своего пути Нигера и устроил остальные дела по своему усмотрению, более не предоставлял ему даже звания цезаря, тогда как Альбин стремился стать выше императора.(2) Хотя весь мир пришел в волнение из-за такого положения дел, мы, сенаторы, тем не менее сохраняли спокойствие, во всяком случае те из нас, кто не разделял с ними опасностей и упований, открыто склоняясь на сторону того или другого. Народ, однако, не проявлял выдержки и, как показывает следующий случай, открыто выражал свое недовольство. Дело было на последних перед Сатурналиями цирковых играх, на которые собралось бесчисленное множество людей.(3) Я также присутствовал на этих играх, поскольку мой друг тогда был консулом, и хорошо слышал всё, что говорилось, так что мог кое-что из этого записать. Произошло же следующее. Явилось, как я уже сказал, невероятно много народа, и зрители следили за состязанием колесниц, по шесть в каждом заезде, как это делалось и при Клеандре, но при этом, вопреки обыкновению, не издавали ни звука в знак одобрения участников.(4) Однако, когда эти заезды завершились и возничие готовы были начать следующие, зрители, только что заставлявшие друг друга молчать, внезапно разразились дружными рукоплесканиями и разом закричали, умоляя судьбу не оставлять народ.(5) Вслед за этими возгласами они, называя Рим бессмертным владыкой, стали восклицать: "Доколе нам это терпеть? Сколько еще воевать нам друг с другом?"; и после других восклицаний в этом духе закричали наконец: "Довольно!" - и обратились к скачкам. Все это произошло так, как будто какое-то божественное воодушевление охватило всех присутствующих - (6) ведь как иначе десятки тысяч людей могли одновременно и безошибочно, словно в отлично слаженном хоре, прокричать одни и те же слова, как если бы они были заранее разучены. Именно это происшествие привело нас в еще большее смятение; вдобавок ночью северную часть неба внезапно объяло столь огромное зарево, что одним показалось, что пылает весь город, другим - само небо.(7) Но что больше всего поразило лично меня, так это серебряный дождь, выпавший на Форум Августа при совершенно ясном небе. Я, правда, не видел, как он шел, но понял это уже после его выпадения, когда дождевой водой мне удалось посеребрить несколько медяков, которые в течение трех дней сохраняли такой вид, а на четвертый покрывший их слой полностью исчез.
5(1) Некий Нумериан, учитель из тех, которые обучают детей грамоте, по какому-то делу отправился из Рима в Галлию, а там стал выдавать себя за римского сенатора, направленного Севером для набора войск. Поначалу он собрал небольшие силы и перебил несколько всадников из конницы Альбина, а также совершил некоторые другие дерзкие вылазки, сражаясь на стороне Севера.(2) Прослышав об этом, Север посчитал, что этот человек - действительно один из сенаторов, и послал ему письмо с похвалой и приказанием набрать еще больше войск. А тот, увеличив свой отряд, продемонстрировал удивительные успехи, в частности захватил и отправил Северу семнадцать с половиной миллионов денариев.(3) После того как Север одержал окончательную победу, этот человек явился к нему, причем не стал ни скрывать правду, ни просить, чтобы его на самом деле сделали сенатором. Имея возможность быть возвеличенным и почестями, и богатством, он не захотел этого и провел остаток своей жизни в сельской местности, получая от Севера маленькое пособие на свои повседневные нужды.
6(1) Схватка между Севером и Альбином близ Лугдуна происходила следующим образом. И у того, и у другого было по сто пятьдесят тысяч воинов, и оба они присутствовали на поле сражения, так как борьба шла не на жизнь, а на смерть, хотя ни в одной из битв до сих пор Север личного участия не принимал.(2) Альбин превосходил своего противника в знатности и образованности, но Север лучше знал военное дело и был превосходным полководцем. Случилось так, что в предшествующей баталии Альбин победил Люпа, одного из военачальников Севера, и уничтожил немало его воинов. На сей раз картина сражения была весьма разнообразной, и успех неоднократно склонялся то на одну, то на другую сторону.
(3) В самом деле, войска Альбина, стоявшие на левом фланге, были разбиты и бежали в лагерь, а воины Севера, преследуя их, ворвались туда вместе с ними и стали убивать врагов и грабить их палатки. В то же самое время воины, поставленные Альбином на правый фланг, находились под защитой замаскированных рвов и ям, слегка прикрытых землей. Подойдя к ним вплотную, они стали метать дротики с большого расстояния, а затем перестали продвигаться вперед, но, напротив, повернули назад, словно охваченные страхом, чтобы побудить врагов устремиться за ними.(4) Так оно и произошло. Воины Севера, раздраженные непродолжительным наступлением противника и исполненные презрения к врагам из-за их скорого бегства, бросились на них, полагая, что расстояние между ними легко преодолимо, но, когда они достигли рвов, их постигло страшное несчастье.(5) Дело в том, что те, кто находился в передних рядах, стали падать в ямы, как только обрушились наземные перекрытия, а те, которые следовали за ними, стали спотыкаться о тела передних, терять равновесие и проваливаться вниз. Остальные в страхе отступили назад, но внезапность поворота привела к тому, что они не только сбивали с ног друг друга, но и опрокинули тех, которые шли в арьергарде, столкнув их в глубокий овраг. (6) Многие из них погибли, как и многие из тех, которые провалились в ямы, кони и люди вперемешку. В этой сумятице погибали и те, которые находились между рвами и оврагом, осыпаемые стрелами и метательными снарядами. Увидев это, Север с преторианцами бросился им на помощь, однако не только не выручил их, но и едва не погубил преторианцев, да и сам, потеряв коня, оказался в смертельной опасности.(7) Когда он увидел, что все его люди обратились в бегство, то разорвал на себе плащ и, обнажив меч, ворвался в ряды бегущих, рассчитывая, что либо они, устыдившись, повернут обратно, либо он сам погибнет вместе с ними. Некоторые, видя его в таком состоянии, действительно остановились и повернули обратно, но при этом внезапно столкнулись лицом к лицу с теми, которые следовали за ними по пятам, и, обратив в бегство всех преследователей, перебили множество из них, полагая, что это люди Альбина.(8) Тут им в подмогу появилась и пришедшая с фланга конница под командованием Лета, которая и довершила разгром. Дело было в том, что Лет, пока исход битвы был неясен, выжидал, надеясь, что оба соперника погибнут, а оставшиеся в живых воины с обеих сторон передадут верховную власть ему; когда же он увидел, что перевес склонился на сторону Севера, то вступил в бой.
← Ctrl 1 2 3 ... 34 35 36 ... 53 54 55 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0344 сек
SQL-запросов: 0