Электронная библиотека

Михаил Львов, Александр Гольдберг и др. - Поэты Урала. Антология в двух томах. Том 2

Родные ей, они и мне близки.
Счастливый мамин век
Недаром прожит:
Любимые ее ученики
В большом и главном
На нее похожи.
С тех пор, как нет ее,
Остались мне
Их преданные, крепкие объятья
И это чувство,
Что по всей стране
Так много у меня сестер и братьев.
1971

МОИ ГЕРОИНИ

Здесь над Волгою
небо спокойно и сине,
Словно не было
той самой страшной из войн.
Здесь прошли вы с боями,
мои героини,
Чтоб спасти синеву
над моей головой.
Я люблю вас, вчерашних,-
в походных шинелях...
Пусть девчонки -
в атаках никто не дрожал.
Я люблю ваши песни -
за то, что их пели
Перед смертью,
в разлуках,
в сырых блиндажах.
Я люблю вашу верность
товарищам близким -
И спасенным, и павшим
друзьям боевым.
Эту верность
в молчанье хранят обелиски,
Завещая бессмертную память
живым.
И теперь вы
своей безупречной судьбою
Призываете молодость
Правде служить.
Вам еще -
поколенья вести за собою:
Вас проверила смерть
и проверила жизнь.
Я люблю вас, сегодняшних,-
милых и звонких...
Как вы в праздник Победы
светлы и шумны,
Фронтовые подруги,
седые девчонки,
Молодые мои ветераны войны!
1970

БЕРЕГ

Любые бури мне по силе,
Когда он в плаваньях
Со мной -
Тот берег в глубине России,
Как верный бакен над волной.
Там над рекою неречистой
(Я это в сердце берегу)
Веками
Старенькая пристань
Стоит, как мать, на берегу.
Меня березы ждут и верят,
Встречать выходят на причал...
Мой отчий край,
Мой первый берег,
Начало всех моих начал.
1971

ИЗ СТРАНСТВИЙ ВОЗВРАТЯСЬ…

Седой Иртыш, угрюмый Карадаг,
Глухие соловецкие каналы...
Что рассказать тебе о городах,
О тех краях, в которых я бывала?
Везде в России - новь и старина.
Как песни, реки русские похожи.
И мне близки и Кама, и Двина...
Но я не этим странствия итожу.
Пути и встречи - праздник без конца!
Моя душа вмещает без усилий
Людские судьбы, души и сердца.
Они - мое открытие России.
Не так в пейзаж влюбляюсь, как в людей,
По-русски щедрых, добрых, настоящих.
Теперь мои друзья живут везде,
И полон писем мой почтовый ящик.
Душа не растеряет эту связь,
Приняв другие города и реки.
И вновь из дальних странствий возвратясь,
Я расскажу о новом человеке.
1973

МАШКОВЦЕВ ВЛАДИЛЕН ИВАНОВИЧ

Родился в 1929 году в Тюмени.
В годы Великой Отечественной войны был авиамотористом Курганской военной авиашколы.
В 1947 году после учебы в школе ФЗО приехал в Магнитогорск.
Работал слесарем на ремонтно-механическом заводе треста Магнитострой, затем машинистом турбин на металлургическом комбинате.
С 1950 по 1953 год служил в армии на Дальнем Востоке.
Окончил в 1967 году Литературный институт имени А. М. Горького.
Печататься начал с 1955 года. Стихи публиковались в газетах "Известия", "Труд", "Комсомольская правда", в журналах "Урал", "Уральский следопыт", "Волга", "Молодая гвардия". "Огонек".
В 1960 году в Челябинске вышла первая книга стихов "Молодость".
Затем в Челябинске и Москве выпущены книги "Любовь тревожная" (1963), "Противоречия сердца" (1968), "Красное смещение" (1972). "Лицом к огню" (1973), "Железный полюс" (1975).

МЕНЯ В ЛЕСУ БЕРЕЗКА РОДИЛА

Мальчишкой удивлял я мать немало:
- Откуда, мама, ты меня взяла?
Однажды мать с улыбкой мне сказала:
- Тебя, сынок, березка родила!
Мне с давних пор и видится и снится
зеленый май,
невытоптанный край,
где льется, брызжет в травы медуница
и в мареве звенит грачиный грай.
И там мои березки дорогие
встречают снова молодость-весну,
они стоят, как девушки нагие,
показывая солнцу белизну.
Не выдумка тревожит и не шалость,
есть в городе деревья, но не те...
Наверно, просто сердце стосковалось
по первородной дикой красоте.
Наверно, сердце все-таки не камень,
я вижу вновь кувшинки, синий пруд.
Меня царевны белыми руками,
меня березки трепетно зовут.
Я этот зов
в огромном звучном мире
несу через тревоги и дела...
Я рослым парнем вышел из Сибири,
меня в лесу березка родила.
1947

МАГНИТОГОРСК

Каждый второй танк и третий снаряд делались в годы Великой Отечественной войны из магнитогорского металла
Вновь мы книгу времени откроем,
путь к простейшим истинам непрост...
Да, в указах городом-героем
не назвали наш Магнитогорск.
Под дождями сгнил барак дощатый
и погасли буйные костры.
Но Россия помнит год тридцатый
и набатный гул Магнит-горы.
Разве сердце может не запомнить
взрывы телеграфной тишины?
Был чугун, рожденный первой домной,
первым
мирным
подвигом страны.
Шли мы, как в атаки, через время,
принимая гордо свой удел.
И металл вливался в жадный лемех,
в тракторах натруженно гудел.
И паучья свастика дрожала,
под огнем умерив мотопрыть.
Нет, не Рур -
Магнитка вновь решала
быть России... Быть или не быть!
Мы, надев отцов погибших робы
и к мартенам встав в пятнадцать лет,
сокрушили полчища Европы
и железный крупповский хребет.
Время, время, дай нам полномочия,
и за все, чем жили и живем,
мы по праву город наш рабочий
городом-героем назовем!
1961

КОГДА ИДЕТ ДЕВЯТЫЙ ВАЛ

В. Сорокину
Разочарованные вишни
на берегу роняют цвет,
а мы, ликуя, в море вышли,
и парус врезался в рассвет.
Стихия буйствует безлико,
и рифы прыгают к рулю,
и реют чайки белым криком,
пророча гибель кораблю.
Но мы о милости не молим,
нам по колено океан.
Бунтуй,
ярись в крамоле, море,
на горизонте - караван.
Там в трюмах
пряности и золото,
скрипит уверенно штурвал.
Но тонут старые дредноуты,
когда идет девятый вал.
И проявляет буря норов,
глотая бочки с серебром.
А в наших трюмах - легкий порох,
в крылатых чашах - крепкий ром.
Качает палубу, качает...
А мы смеемся и поем.
И море нас не замечает,
и мы его не признаем!
1963

ДАРЬЯ

Войну как в небыль унесло,
в сирени мирной тонет улочка.
Но, как и прежде, за село
выходит в белом Дарья-дурочка.
Вселилась в женщину беда,
живет в ней каменными стонами.
Она с ума сошла, когда
пришла на мужа похоронная.
Вздыхали деды, говоря
о смерти
и солдатской удали.
А он вернулся... Писаря,
должно быть, в штабе поднапутали.
Но почему так? Почему?
Ужели горя было мало?
Жена не бросилась к нему,
солдата Дарья не узнала.
Она в безвыходном бреду
его не признавала мужем:
- Уйди, солдат!
Я мужа жду!
И мне чужой мужик не нужен!
А он прошел двенадцать стран,
порастерял в походах силу.
От горя горького, от ран
солдат,
как в дот,
ушел в могилу.
Войну как в небыль унесло,
на бруствере бунтует жимолость.
Но, как и прежде, за село
выходит Дарья-одержимая.
Вот люди с поля, "газик" мчит...
Она - как трепетная птица.
Она застыла и молчит,
надрывно вглядываясь в лица.
Хохочет
и рыдает гром
в круговороте жизни вечном.
Она под солнцем и дождем
ждет мужа
в платье подвенечном.
1964

Я ТЕБЕ РОССИЮ ЗАВЕЩАЮ

Ничего тебе не обещаю,
верь земле,
хлебам и соловью.
Я тебе Россию завещаю,
голубые ветры отдаю.
Для тебя, рисуя в небе клинья,
пролетят тревожно журавли,
ты возьми березовые ливни
и дурман прогорклой конопли.
У речных заиленных излучин
ты возьмешь
прохладу щучьих вод,
под горой Магнитной ты получишь
мой металлургический завод.
Ты живи,
измены не прощая,
береги добытое в бою.
Я тебе Россию завещаю,
красный флаг тебе передаю.
Мир велик,
но так, как надо, скроен,
ты на жизнь смотри с больших высот:
с теми будь,
кто в каждой капле крови
взрывы революции несет.
И, когда умру,
не сетуй слезно,
но одну слезинку урони...
Ты меня под белою березой
у горы Магнитной схорони.
Я услышу дятла постук звонкий
и завода дальние гудки.
Я вздохну,
когда пройдут девчонки
с песней у сиреневой реки.
Будут вечны
звезды, тропы, щавель,
брызги огнецвета по жнивью.
Я тебе Россию завещаю,
голубые ветры отдаю.
1966
← Ctrl 1 2 3 ... 27 28 29 ... 40 41 42 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0397 сек
SQL-запросов: 0