Электронная библиотека

Сергей Майдуков - В смертельной опасности

Она поднесла к носу мужскую футболку, висевшую на спинке стула, поморщилась и оставила в покое. Из дома напротив за ее действиями наблюдал пенсионер в подтяжках на седовласом торсе и с пиратской подзорной трубой. Показав ему средний палец, Ксюша вернулась в кухню, где была скрыта от посторонних взглядов. Ополовинив пивную бутылку, она набрала номер Вадима.
Он не ответил ни с первой, ни со второй, ни с третьей попытки.
Неужели это конец? Остаться жить у шофера? Подносить ему пакеты, тапочки, газеты - всё, что он потребует? Здесь Ксюшу, может быть, никто не найдет до скончания века, но она сама удавится от тоски.
К тому же большой вопрос, оставит ли ее Игорь у себя или, натешившись, даст пинка под зад.
Ксюша на всякий случай проверила состояние телефонного счета. Денег было столько, что хоть круглосуточно с Америкой болтай. Она обзвонила больницы своего города, отыскала ту, где лежал Давид, и, представившись сестрой, справилась о его состоянии. Он по-прежнему находился в коме. Врачи ничего не гарантировали.
Тогда Ксюша набрала номер бывшей свекрови. Она подозревала, что та проигнорирует вызов, но в трубке прозвучало неприязненное:
- Да! Чего ты хотела?
- Я звоню Вадиму, а он не отвечает, - заторопилась Ксюша, прохаживаясь от двери до плиты. - Мне он срочно нужен. Не для того, чтобы с ним сходиться, не бойтесь.
- А я не боюсь, - проворчала Юлия Александровна. - Дочка растет у вас, балбесов. Гордые какие оба. А девочка страдает.
Слышать это было так неожиданно, что Ксюша не смогла продолжать, пока не залила в пересохшую глотку остатки пива.
- Как Лилечка? - спросила она заискивающе.
- Ты хоть помнишь, сколько ей, мамаша ты непутевая? - осведомилась Юлия Александровна.
- Четыре… Пять?
- Эх ты, наказание. И как только сердце у тебя не разорвется, а? Материнское же сердце. Последняя сука и та щенков не бросает. А ты…
- Если честно, то я как раз об этом хотела поговорить с Вадимом, - сказала Ксюша.
Ее голос звучал абсолютно искренне, потому что в этот момент, хмельная и растроганная, она сама верила себе. Разве она когда-нибудь забывала о дочери? Хотя бы на день, хотя бы на час, на минуту? Ксюшина душа вся прямо изболелась от тревоги за Лилечку. И Вадима ей жалко. Возможно, она его любит. Да, да, конечно же, любит. И всегда любила. Если бы он был способен обеспечить хотя бы минимум ее потребностей…
- О чем поговорить? - насторожилась невидимая Юлия Александровна.
- Нужно что-то решать, - уклончиво ответила Ксюша. - Нельзя, чтобы дочь росла сиротой. Вадим с ней справляется?
- Справлялся. Сейчас Лиля у нас живет.
- А он?
- Не телефонный это разговор.
Ксюша схватилась рукой за левую грудь и опустилась на табурет, не замечая, как он холодит кожу.
- Вы только намекните. Прошу вас.
Неужели с Вадимом что-то стряслось? Ее последняя надежда была готова рухнуть, не оставив камня на камне от будущего.
- Летал он… В одну африканскую страну.
- Отдыхать? - не поняла Ксюша.
- Не совсем, - сказала Юлия Александровна. - По контракту. Ну, пустыня, жара… Обгорел сильно.
- Его сбили?
- Обгорел, говорю. Но уже зажило. И нога срослась. А Лиля всё это время у нас. - Свекровь пропищала, передразнивая девочку. - Где папа, бабушка? Где мама? Они скоро меня заберут?
Непроизвольно покусывая согнутый палец, Ксюша раздумывала. Итак, верный присяге и всяким патриотическим бредням, Вадим побывал на войне. Судя по скупым сведениям, которые удалось вытащить из матери, он горел и сломал ногу при падении. Но жив. Главное, чтобы не калекой остался. Калека Ксюшу не защитит, не спасет.
- Где он сейчас? - спросила она. - В больнице? Я хочу его видеть.
- Из больницы выписался позавчера, - буркнула Юлия Александровна. - Лицо попорчено, конечно, но это если с одной стороны смотреть, а другая целая. И не хромает совсем. Колено еще побаливает, но ему же не на танцульки…
- Где он? - нетерпеливо повторила вопрос Ксюша.
- На рыбалку с дружками подался. Под Волчевск куда-то. На Волчанку, что ли. Я ему говорю, дочке нужно…
- Спасибо, Юлия Александровна. Я ему обязательно передам, что вы беспокоитесь. Только он не отвечает почему-то.
- Так мужики же, - снисходительно пояснила свекровь. - Знаешь, что такое рыбалка? Та же пьянка, только в резиновых сапогах, ха-ха-ха… - Она резко осеклась, вспомнив, что разговаривает с бывшей и нелюбимой невесткой. - С утра поудили, теперь дрыхнут, небось. Я тоже пыталась дозвониться, бесполезно.
- Спасибо, - повторила Ксюша. - Я очень ценю, что вы не оттолкнули меня…
- Натолкались уж, хватит. - Юлия Александровна вздохнула. - Так ты и впрямь возвращаться к Вадьке надумала?
- Сначала я с ним об этом поговорю, ладно?
- Ладно, ладно. Только не тяни с этим, Оксана. А то ведь Вадька опять куда-нибудь по контракту намылится. Тоскует он по тебе, дурочка ты такая. Ни с одной бабой так и не сошелся надолго.
- А ненадолго? - быстро спросила Ксюша.
- Мы с отцом в его жизнь не лезем, - сказала Юлия Александровна. - Взрослый уже. Дочка, вон, растет.
Она тяжело вздохнула. Опасаясь, что сейчас начнутся причитания и жалобы, Ксюша торопливо попрощалась и выключила мобильник. Некоторое время она сидела неподвижно, решая, как быть дальше.
Может быть, еще поискать вещи, потом сломать замок, если понадобится, и улизнуть, пока Игорь не вернулся? Да, пожалуй, это самый лучший вариант.
Сидеть дальше, сложив руки, не получалось. Хотелось действовать.

4

Обув туфли, чтобы не ходить босиком по не слишком чистым полам, Ксюша начала обход комнаты. Открыла шкаф и порылась на полках, не поленилась открыть хранившийся там чемодан, подняла диван, придвинула стул, чтобы заглянуть на антресоли над дверью.
Ага! Кажется в темноте проступили очертания сумочки и вороха одежды. Ксюша до предела вытянула руку, но не достала. Вероятно, Игорь зашвырнул ее вещи с размаху, не заботясь о том, как станет их доставать. Он что, решил ее в свою сексуальную рабыню превратить, придурок?
Будь Ксюша трезвой, она бы спустилась и поискала другой способ пошарить в глубине антресолей. Например, вооружилась бы шваброй. Или поискала бы опору понадежней, чем стул. Но водка, смешанная с пивом, не способствовали рассудительности и осторожности. Нащупав ногой перекладину спинки, Ксюша уперлась туда туфлей, потом стала осторожно поднимать вторую.
Теперь она стояла достаточно высоко, чтобы дотянуться через настил до стенки. Вещей на антресолях хранилось мало: какие-то старые журналы, треснутый пластмассовый тазик, почему-то детский трехколесный велосипед.
Ксюшины пальцы ощупали в темноте какой-то предмет, напоминающий кожаный сапог с пряжкой, потом наткнулись на скомканную ткань, нисколько не напоминающую похищенное платье. Выругавшись, Ксюша начала переносить тяжесть на ноги, когда стул под ее ступнями наклонился и опрокинулся.
Судя по звуку, упал он прямо под антресолями, на которых повисла Ксюша. Ее туловище находилось внутри деревянного пенала, тогда как голые ноги свободно висели в воздухе.
Прыгнуть? Но до пола метра полтора, а она на каблуках, к тому же там, внизу, валяется перевернутый стул. Запросто можно калекой остаться.
В темной коробке было тесно, душно и пыльно. Ксюша трижды чихнула, сотрясаясь всем телом. Помаленьку распрямляя руки, она принялась осторожно сползать вниз. Только бы живот не поцарапать. Дернула же ее нелегкая заняться этой дурацкой акробатикой!
Ксюшины руки, держащиеся за внутренние бортики антресолей, были готовы распрямиться окончательно, когда она ощутила боль в макушке. Волосы зацепились за что-то и натянулись.
Стараясь не болтать ногами, Ксюша стала двигать головой, освобождая запутавшуюся прядь. В прихожей хлопнула дверь.
- Что за цирк ты тут устроила? - раздался голос Игоря.
- Ноги придержи, - пропыхтела Ксюша, чувствуя себя беспомощной и нелепой.
- Ты чего туда полезла? - спросил он приближаясь, но не торопясь прийти на помощь. - Что ты забыла у меня на антресолях?
- Одежду свою искала. Да держи ты! Руки устали.
- Видал, Юрок? Руки у нее устали. Хочешь подержать? Женщина просит.
Сказать, что Ксюша была ошеломлена, значит, ничего не сказать. Она и подумать не могла, что Игорь припрется домой с каким-то Юрком, который теперь посмеивался внизу, стремясь облапить ее за бедра.
- Раз женщина просит…
Дернувшись так, что волосы оборвались, а в глазах потемнело, Ксюша, больше не осторожничая, съехала по полке на животе, кое-как удержалась за крашеные доски и разжала пальцы. Прыжок оказался в общем-то удачным, если не считать глубокой и жгучей ссадины на нижней части груди.
Шипя, Ксюша толкнула Юрка в грудь. Он так нетвердо стоял на ногах, что повалился на спину. За те доли секунды, пока они стояли нос к носу, Ксюша успела ощутить жесточайший запах перегара. Игорь тоже был, как минимум, нетрезвым.
- Ты что себе позволяешь, девочка? - недобро спросил он, ставя бренчащий пакет на пол и приближаясь. - Ты почему на моих гостей кидаешься?
- Одежду отдавай, - потребовала Ксюша. - Куда спрятал?
- Тебе сейчас одежда не понадобится, - сказал Игорь.
- Ох и вымахала! - подивился Юрок, поднимаясь с пола. - А ножищи-то! Как у модели какой.
Его глаза горели пьяным и плотоядным огнем.
- Я закричу, - предупредила Ксюша, пятясь, но так, чтобы не зацепить лежащий стул.
← Ctrl 1 2 3 ... 18 19 20 ... 40 41 42 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2018

Генерация страницы: 0.0144 сек
SQL-запросов: 0