Электронная библиотека

Эдуард Хруцкий - Приступить к ликвидации (сборник)

У него даже ниточка усов обвисла. Совсем не тот был Женька Баранов. Совсем не тот. С фотографии глядел на мир самоуверенный красавец - удачливый и избалованный. А в кабинете сидел человек с растрепанными волосами, в ботинках без шнурков, в костюме, который сразу же стал некрасиво помятым.
Данилов повернул рефлектор лампы к задержанному, и тот зажмурился от яркого света, бьющего в лицо.
- Баранов, вы находитесь в отделе борьбы с бандитизмом Московского уголовного розыска. Мы предъявляем вам обвинение по статьям 59.3, 72, 182, 73, 73.2, 107, 59.4 УК РСФСР[3]. То есть вы обвиняетесь в участии в бандитской группе, в подделке документов, незаконном ношении огнестрельного оружия, сопротивлении представителям власти, спекуляции, принуждении к спекуляции несовершеннолетних и уклонении от воинской службы. Вам понятен смысл статей?
- Ты забыл еще сто девяносто третью. Разбойное нападение на Елену Пименову, - сказал из темноты Серебровский.
Баранов молчал, только дышал часто и тяжело, как человек, взбежавший на десятый этаж.
- Вам понятен смысл статей, гражданин Баранов?
Баранов попытался что-то сказать, издал горлом непонятный звук.
Серебровский встал, шагнул в свет лампы:
- Ну, Артист, чего молчишь? Будь мужиком. Умел пакостить, умей держать ответ. А суд чистосердечное признание всегда в расчет принимает. Хочешь пойти молчком? Так по военному времени тебе по одной 59.3 высшая мера светит.
- Я никого не убивал! - крикнул Баранов. - Не убивал я и не грабил!
- А папиросы из продмага на улице Красина? - спросил Данилов. - Там, между прочим, Баранов, человека убили.
- Не был я там, не был! - завизжал Артист.
- Откуда папиросы взял? - Серебровский наклонился к задержанному.
Баранов испуганно дернул головой.
- Наслушался от блатников. Это у вас руками махать можно. Нам закон не позволяет. Ну?
- Давали мне их, - чуть слышно проговорил Баранов.
- Кто давал, не помните, конечно? - насмешливо поинтересовался Данилов.
Баранов молчал.
- Хотите, я за вас изложу то, что вы хотите нам рассказать? Молчите? Так слушайте. Однажды на Тишинском рынке к вам подошел человек, лицо его вы плохо помните, он предложил вам купить водку, шоколад, консервы, папиросы. Пистолет вы нашли на улице. Обойму снаряженную - там же. А шрифт брали исключительно из любви к полиграфии. Это ваша версия, Баранов, слушать ее мы не намерены. Вы должны рассказать нам о человеке, который сделал вам фальшивую броню, для кого вы доставали шрифт, кому отдавали деньги за реализованный товар. Вот что мы хотим услышать. Вы знаете этого человека?
Данилов бросил на стол фотографию Витька. Серебровский взял ее, поднес к свету. Баранов посмотрел, зажмурился и кивнул.
- Кто его убил? - спросил он тихо.
- Это не важно. Вы знали его?
- Да. Он брал у меня шрифт, приносил папиросы.
- Кто давал вам все это?
- Вы можете мне не верить… Но я знаю, что человека этого зовут Павел Федорович. Я встречался с ним несколько раз.
- Где вы с ним познакомились?
- В Риге в сороковом году. Он там каким-то юрисконсультом работал в организации, занимающейся текстилем. Давал мне вещи, я их продавал. Потом война, он сделал мне броню. Велел не жить дома. Познакомил с хироманткой…
- С кем? - удивленно спросил Серебровский.
- С Ольгой Вячеславовной, хироманткой.
- Это с гадалкой, что ли? - Серебровский никак не мог уяснить профессию Ольги Вячеславовны.
- Да… Она инвалид…
- Ее инвалидность такая же, как и ваша броня? - Данилов посмотрел на Артиста.
Этот будет говорить. Истеричен, труслив. В состоянии аффекта от страха своего глупого готов на любой поступок. Даже на убийство. О таких его первый начальник еще в ВЧК Мартынов говорил: "У него вместо души пар".
- Нет, она старенькая. Но она тоже с ними, меня в этих преступных сетях запутала. Я сам хотел на фронт, но боялся их, очень боялся. Один раз Павел Федорович пришел с человеком. Страшный, у него на руке шрам. Бандит, убийца.
- Как его зовут?
- Не знаю. Павел Федорович называл его Слон.
- Как-как? - переспросил Серебровский. - Слон?..
Он стремительно вышел из кабинета.
- Ольга Вячеславовна знает, где живет Павел Федорович?
- Не знаю, у них не было разговора об этом.
Данилов увидел, как Баранов жадно смотрит на папиросы.
- Курите.
Баранов схватил беломорину, затянулся со всхлипом.
- Спасибо. Что мне будет?
- Если поможете следствию, то срок вам будет. Большой срок. Но вы еще молодой, Баранов, у вас вся жизнь впереди. Есть время подумать. Сейчас мы поедем на Колпачный. Там, кажется, живет ваша хиромантка?
Баранов молча кивнул.
- Теперь так, Баранов, мы поедем вместе.
- Нет… Я не поеду! - Артист вскочил. - Нет!
- Это почему же?
- Боюсь я ее и его боюсь.
- Вы теперь под охраной закона, гражданин Баранов, - сказал Данилов, - так что вам бояться нечего.
В комнату вошел Серебровский.
- Договорились? - спросил он.
- Вроде да.
- Ты, Артист, пойди отдохни в коридоре, мы тебя потом позовем.
Баранов вышел. Серебровский плотнее закрыл дверь, сел на стул верхом, махнул рукой, прося опустить рефлектор лампы.
- Ваня, ты знаешь, кто такой Слон?
- Нет.
- Ленинградский налетчик. Я им в наркомате занимался. Грабежи и разбой. Грабил пару раз церкви. Из Ленинграда исчез перед войной. Настоящая его фамилия Димитрук Аркадий Петрович. Гад из гадов. Кличку свою получил за необыкновенную физическую силу. Вооружен и очень опасен при задержании.
- Каждая минута общения с тобой, Сережа, приносит мне радость.
- Что делать, Ваня, такой уж я человек. Так как решим?
- Я думаю, надо сначала послать ребят, пусть подразузнают и за квартирой посмотрят. Ну а потом мы двинем.
- Кого пошлем?
- Никитина и Белова. Пусть они проверят паспортный режим.
Никитин и Белов
Они прихватили с собой участкового, проинструктировав его, что и как он должен говорить. Участковый вел их проходными дворами, пока наконец они не увидели на маленьком двухэтажном доме вывеску "Домоуправление".
- Здесь, - отдуваясь, сказал провожатый. Был он совсем старый, наверное, призвали из запаса, когда на фронт ушли работники Московской милиции.
Никитин с сожалением посмотрел на участкового. Шинель на нем топорщилась, сразу было видно, что под нее он напялил ватник. Шапка налезала на уши. Погоны с одной звездочкой замялись и торчали, словно крылышки.
- Сейчас к управдому пойдем, Феликсу Мартыновичу, он мужчина серьезный - прямо Наполеон.
Участковый уже пятый день читал книгу академика Тарле, поэтому всех именовал соответственно с прочитанным.
- Наполеон так Наполеон, - миролюбиво сказал Белов, - пошли.
Они спустились в полуподвальный этаж. У дверей с массивной табличкой "Управляющий" участковый остановился и поправил пояс. Он махнул Никитину и Белову рукой и распахнул дверь.
В кабинете, стену которого занимала огромная красочная карта военных действий, утыканная флажками, за столом сидел совершенно лысый человек.
Свет лампы отражался на его словно лакированном черепе. Увидев вошедших, он встал и вышел из-за стола.
Крепкий это был мужичок, коренастый, худой, но крепкий. На нем как влитая сидела зеленая диагоналевая гимнастерка, перетянутая широким комсоставским ремнем со звездой. На груди переливались эмалью знаки "Ворошиловский стрелок", "Отличник МПВО" и "Отличник коммунального хозяйства".
- Здравствуйте, товарищи офицеры, - приветствовал он их строгим, но необыкновенно тонким дискантом. - Зачем пожаловали?
Он смотрел на работников милиции так, словно хотел сказать: "Что без дела шастаете, занятых людей отрываете?"
- Это, Феликс Мартынович, - из городского паспортного стола товарищи. Пришли посмотреть, какие у нас здесь порядки.
- Ну что ж, - благосклонно произнес Феликс Мартынович, - нам есть чем похвастать. Наша дружина МПВО занимает первое место в районе и третье в городе. Регулярно проводится военная подготовка. Политчас, конечно. Субботники по уборке территории. Мы на первом месте по сбору металлолома, шефствуем над госпиталем. Книги раненым бойцам и офицерам отправляем, табак, продукты…
- Это все прекрасно, Феликс Мартынович, - перебил его Белов, - только задание наше несколько более узкое. Мы паспортный режим проверяем. Вот и хотели бы взять три квартиры на выборку.
- Какие?
- В соседнем доме мы проверяли четные, ну а у вас нечетными ограничимся.
- Третья, пятая и седьмая, к примеру, - вмешался в разговор Никитин.
- Кстати, - продолжал Белов, - кто там живет?
- Третья коммунальная, в ней прописаны четыре семьи, люди все больше трудящиеся. В пятой - две семьи проживают. Пенсионер и работник военкомата. А в седьмой… - Управдом помолчал и продолжил: - В седьмой Ольга Вячеславовна Дубасова проживает. Тоже пенсионерка. За мужа, крупного железнодорожного инженера, пенсию получает.
- А пенсия-то велика? - сверкнул золотым зубом Никитин.
- Тысяча двести. От НКПС.
- Ничего. Побольше, чем у нас жалованье.
- Она женщина тихая, квартплату вносит вовремя, карточку отоваривает в срок. Книгами нам помогла для госпиталя. У нее их много. Когда цветные металлы собирали, подсвечники бронзовые отдала, теплую одежду тоже.
- Это, конечно, поступок, - Белов надел шапку, - поступок. Но все же нам пора.
← Ctrl 1 2 3 ... 10 11 12 ... 66 67 68 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2018

Генерация страницы: 0.013 сек
SQL-запросов: 0