Электронная библиотека

Роберт Хайнлайн - Красная планета. Звездный зверь (сборник)

Роберт Хайнлайн - Красная планета. Звездный зверь (сборник)
Два романа, составившие этот том, объединяет, во-первых, дружба – в "Красной планете" это дружба юного марсианского колониста Джима Марло и Виллиса, уроженца Марса; во втором романе дружат "звездный зверь" Ламмокс и земной подросток Джон Стюарт. Во-вторых, их объединяет тема, вообще характерная для "юношеских" романов Хайнлайна: как из неуверенного в себе подростка создать мужчину, не боящегося трудностей и ответственности. И конечно, в обоих произведениях сюжет держится на контрасте между мелочностью и "приземленностью" не лучших представителей такого вида, как "человек разумный", и мудростью и терпением иных, нечеловеческих рас.
И тот и другой роман даются в новой редакции.
Содержание:

Роберт Хайнлайн
Красная планета. Звездный зверь

РОБЕРТ ЭНСОН ХАЙНЛАЙН (1907–1988)
Наряду с Айзеком Азимовым и Артуром Кларком входит в большую тройку писателей-фантастов и носит титул гранд-мастера. Автор знаменитых романов "Двойная звезда", "Звездный десант", "Кукловоды", "Чужак в стране чужой" и многих других, писатель – рекордсмен по числу литературных наград, включая такие престижные, как премия "Хьюго", "Небьюла" и т. д. По опросам, проводимым журналом "Локус" среди читателей, Роберт Хайнлайн признан лучшим писателем-фантастом всех времен и народов.
Полвека не покладая рук он работал в фантастике, выпустил в свет 54 книги – романы, сборники рассказов и т. д. – общим тиражом 40 миллионов экземпляров. За три первых года работы он, на взлете таланта, создал несколько книг, которые живы и сегодня не просто как любопытные опыты довоенной фантастики, а как совершенно современные произведения. И когда я говорю о том, что Хайнлайн – создатель современной американской фантастики, я имею в виду именно свежесть, актуальность его работы – каждая из его повестей могла быть опубликована сегодня, и мы бы восприняли ее как сегодня написанную.
Кир Булычев
Уже после первого опубликованного рассказа Хайнлайна признали лучшим среди писателей-фантастов, и он сохранил этот титул до конца жизни.
Айзек Азимов
Что бы ни говорили плохого об идеологии этого автора, его нельзя обвинить в фарисействе, разве только в простодушной наивности.
Станислав Лем
Хайнлайн верил, что фантастический рассказ имеет смысл только в том случае, если его корни уходят в самую настоящую действительность, в то же время проникая в мир воображения. Он был убежден, что выдуманная действительность не может быть опрокинута на читателя в первых же абзацах произведения, а должна проявляться постепенно, прорастая сквозь реальность.
Роберт Сильверберг

Особенности колониальной политики в 2020 году

Если мы попытаемся найти в земной истории аналоги ситуации, сложившейся в земных колониях к концу эпохи экспансии, то единственное, что приходит в голову, – это Ботани-Бей. Как и Ботани-Бей, Луна и Венера были местом массовой ссылки заключенных, бессрочной каторгой, из которой не было возврата. Подобно уголовникам, осваивавшим и заселявшим австралийский континент, ссыльные каторжане начала XXI века заселили полярные болота Венеры и туннели лунного Моря Кризисов. Со временем они превратились в "местное население", сохранив при этом асоциальный характер, бунтарский дух и глубоко укоренившееся чувство ненависти к земной администрации.
Иной ситуация была в Марсианской колонии. По необходимости марсианские первопоселенцы были добровольцами, высококвалифицированными специалистами, задействованными в весьма амбициозном проекте терраформирования. Однако их уровень жизни мало отличался от быта ссыльных каторжан. Кочевой образ жизни означал минимум личного имущества, смертельная окружающая среда требовала строжайшего соблюдения правил, – все это порождало в колонистах стремление защитить и расширить те сферы жизни, в которых они могли совершать хоть какой-то свободный выбор. При этом колонисты оставались лояльны к земной администрации и отчасти продолжали считать себя гражданами метрополии, наделенными теми же правами, что и любой землянин на материнской планете. Так продолжалось до 2020 года, когда в Управлении по делам колоний начались активные подвижки и пересмотр прежней финансовой политики.
С точки зрения экономики три проекта из четырех были успешным вложением инвестиций: Луна снабжала Землю продовольствием, Венера – тяжелыми металлами, а Церера – редкоземельными элементами и радиоактивными богатствами Пояса астероидов. И только Марс оставался депрессивным потребителем бюджетных средств. Какая-либо отдача от марсианских проектов ожидалась не ранее чем через десятки лет. С точки зрения политиков, это были немыслимые сроки, несопоставимые со сроками их политической жизни. Естественно, рано или поздно должно было возникнуть желание оптимизировать расходы. И такое решение было найдено.
Несомненно, его авторам оно представлялось вполне приемлемым – технически, они не видели никакой разницы между ссыльными поселенцами Луны или Венеры и свободными колонистами Марса. Нюанс, который проглядели кабинетные теоретики, заключался в таких неуловимых и слабоформализуемых вещах, как "гордость", "чувство собственного достоинства" и "уверенность в собственном праве определять свою судьбу". Сложись все иначе – и Марс, Венера и, возможно, Луна так бы и просуществовали в своем бесправном статусе до конца столетия и в начале XXII века автоматически вошли бы в Солнечную империю. Но случилось так, что административная машина на полном ходу столкнулась с таким эфемерным и совершенно непредвиденным препятствием, как вышеперечисленные психологические нюансы. Столкнулась и забуксовала. Возможно, машина сумела бы преодолеть это препятствие, если бы в центре политической бури не оказались два совсем уж незначительных, с административной точки зрения, существа: земной мальчик-колонист и его маленький марсианский друг.
Последствия этих событий всем известны: вспышки насилия, сепаратизм, восстания, межпланетные войны, деколонизация Солнечной системы и прекращение космических полетов, а затем долгий мучительный период интеграции внутренних планет в Солнечную империю. Разумеется, на фоне последовавших грандиозных событий роль мальчика и его питомца никто и не думал ни отслеживать, ни оценивать. И исторические уроки, как это часто бывает, так и не были извлечены. Неудивительно, что через двести лет в земной истории назрел хрошианский кризис, в центре которого вновь оказался земной мальчик и его питомец…[1]
С. В. Голд

Красная планета[2]

Тиш

Глава 1
Виллис

Разреженный воздух Марса был прохладен, но не слишком. В южных широтах зима еще не настала, и температура днем не опускалась ниже нуля.
Странное существо, стоящее у двери куполообразного строения, походило на человека, хотя ни у одного человека не было такой головы: на макушке – что-то вроде петушиного гребня, огромные глазницы, а там, где должен быть нос, лицо переходило в вытянутую морду. А окрас уж и вовсе из ряда вон – тигровый, в черно-желтую полоску. На поясе у него висело оружие, напоминавшее пистолет, а в сгибе правой руки был зажат мяч – побольше баскетбольного и поменьше медбольного.[3] Существо переложило мяч в левую руку, открыло входную дверь и шагнуло внутрь.
Внутри оказалась крохотная прихожая, за ней – вторая, внутренняя дверь. Как только наружная дверь закрылась, давление воздуха в тамбуре стало подниматься со звуками, напоминающими вздохи.
– Ну, кто там? Отвечайте, отвечайте! – сиплым басом взревел репродуктор над внутренней дверью.
Визитер осторожно опустил мяч на пол, обеими руками ухватился за уродливое лицо, оттянул его и задрал на макушку. Под маской обнаружилось человеческое лицо – обыкновенного земного мальчишки.
– Это я, док, Джим Марло, – ответил он.
– Ну так заходи. Нечего там стоять и ногти грызть.
– Иду.
Когда давление в прихожей сравнялось с давлением в доме, внутренняя дверь автоматически открылась. Джим сказал:
– Пошли, Виллис, – и ступил внутрь.
Мяч выпустил снизу три отростка и последовал за мальчиком – непонятно было, идет он или катится, больше всего его походка напоминала движение бочонка, который кантуют на днище. Они прошли по коридору и попали в большую комнату, занимавшую половину всего круглого дома. Доктор Макрей, не вставая, приветствовал их:
– Здорово, Джим. Разоблачайся. Кофе на столе. Здорово, Виллис. – Доктор вернулся к своей работе: он перевязывал руку мальчику, ровеснику Джима.
– Спасибо, док. А, Фрэнсис, привет. Ты чего тут?
– Привет, Джим. Я убил водоискалку, да только палец о шип наколол.
– Прекрати ерзать! – скомандовал доктор.
Страница: 1 2 3 ... 97 98 99 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2019

Генерация страницы: 0.0153 сек
SQL-запросов: 1