Электронная библиотека

без автора - Черепашки ниндзя и Космический Агрессор

без автора - Черепашки ниндзя и Космический Агрессор
полуГалактика полна уникального. В тёмных секторах Вселенной на свет появлялись Хищники с уже чётким знанием: жизнь и все блага во Вселенной принадлежат им. По вине Хищников исчезли цивилизации. Задача черепашек – спасти планету и её жителей от монстров.

Черепашки ниндзя и Космический Агрессор

* * *

Снегопад кончился незадолго до заката. Небо, серое и мутное, в редких пятнах просветов постепенно прояснилось. Ранние морозные сумерки съедали неяркий розовый свет, обещая не то ветреный завтрашний день, не то мороз к ночи. Свирепая морда, поросшая густой рыжеватой шерстью, высунулась из неприметной трещины в скале и тут же исчезла.
Ветер сыпанул пригоршню пороши вслед горбатой спине. Снег, лёгкий и рассыпчатый, заметал глубокие следы, оставляя вместо отчётливой цепочки, ведущей к пещере из долины, холмики, бросавшие тени.
– Что? – самка крайса подняла морду, уныло покачивая первенца.
Самец не откликнулся, лишь подбросил в костёр несколько изогнутых тростинок. И так было ясно – пришельцы, раз появившись, не оставят крайсов в покое, пока в горах останется хоть одна семья.
Самец ворошил уголья суховатой палкой. Выгреб несколько продолговатых плодов испачканных сажей. Это было последнее, что успели унести из посёлка в долине. Крайс прижмурил глаза без ресниц. Уродливая морда оскалилась, обнажились клыки, отпугивающие от крайсов хищников.
Пришельцы, обосновавшиеся в посёлке, были иной породы. Самец не понимал их и боялся.
Логика поступков прилетевших в железном зерне была той же, что и в законах крайсов: живи, если не хочешь погибать. Но крайсы на своей неуютной планете боролись с холодом, снежными заносами, лютым зверям в бескормицу. Пришельцы же боролись за право уничтожить всё и всех. Вначале, когда чужаков было мало, и они разметались в небольшом ущелье на Севере, на них можно было не обращать внимания.
Редкие самим, преследуя зверя, достигали Северных предгорий, а потом приносили в посёлок вести, в которые никто не верил. Мол, там, в ущелье, из земли растёт чёрный шатёр, похожий на гриб…
Пришельцы, клыкастые здоровяки в кожаных комбинезонах, крайсов не трогали. Редко кто из местных видел чужаков вблизи. Лишь чёрный гриб, возвышавшийся над местностью, напоминал об их присутствии.
А потом в одночасье в посёлок крайсов пришла смерть. Без видимых причин. Безболезненно. Неотвратимо. Уцелели лишь те, кто охотился или ушёл к горы за топливом: на равнине снег засыпал редкие прижавшиеся к мёрзлой земле кустики. Возвращавшиеся бежали в ужасе: над посёлком висела зелёная искристая паутина, словно кто-то набросил сеть. Крайсы, по незнанию бросавшиеся на паутину, тут же чернели и обугливались.
Воздух наполнялся запахом палёного мяса. Посчастливилось не сопротивлявшимся – они просто заснули, и никто из них не проснулся. Семейство крайсов, укрывшееся в пещере, уцелело чудом: самка, ожидавшая потомство, занемогла. И пришлось заночевать вблизи посёлка.
Крайс плотно сомкнул веки: сколько б ни осталось жить, никогда не забыть ему эту страшную сеть, в которой повисли гроздьями трупы сородичей. Не забыть и пустые улицы посёлка.
– Пойду! – наконец оторвался от огня самец.
Самка снова не отозвалась: лишь сильнее тряхнула младенца, выказав неодобрение. Но следы клыков самца после недавнего их спора ещё давали себя знать.
Крайс, увязав половину запечённых плодов в котомку, вздохнул, хрипло рыкнул, и, помедлив, шагнул в сгустившуюся темноту.
Цепочка следов исчезла в двух шагах. Но крайс твёрдо знал, куда лежит его путь – в темноте чёрный шатёр светился зигзагообразными окнами.
На мороз самец внимания не обращал, одервеневшим языком проговорил слова полузабытых заклинаний.
В силу проклятья самец верил мало, но это было единственным средством отомстить за сородичей.
И это ведь не сложно: подобраться поближе и сказать несколько слов. Потом он вернётся, чтобы навсегда остаться с семьёй.
* * *
Галактика полна уникального. Уникальна была и раса, обитавшая в тёмных малоисследованных секторах Вселенной. Хищники появлялись на свет с уже чётким знанием: жизнь и все блага принадлежат им. Безоговорочно. Единственная трудность – уцелеть, пока у эмбриона не прорежутся клыки. Раса не церемонилась и со своими. Простейшие понятия: любовь, привязанность, любопытство, будущее – на планете Хищников были пустым звуком.
Дрянная погодка! – Хищник Ар, главный в немногочисленной компании, отпил глоток золотисто-жёлтого вина. Посмотрел на свет сквозь гранёный бокал; остальные возились с подключением аппаратуры переноса.
Планету, где обитало племя клыкастых чудовищ, хищники выбрали не случайно.
Унылый пейзаж, вечные ветры, цивилизация, не научившаяся даже запускать спутники в ближний космос – космические патрули облетали этот сектор Галактики стороной. Лишь редкие научно-исследовательские экспедиции время от времени кружили по орбите планеты крайсов, фотографируя неприхотливое бытие аборигенов.
Давно канули в Лету времена, когда первые астронавты с самонадеянным желанием помочь, научить, поделиться знаниями садились на любую планету, где датчики отмечали хоть маломальский уровень жизни. Разум лишь тогда способен развиваться, когда на его пути – преграды. А любая помощь расслабляет: можно дремать и лениво позёвывать, ведь всегда есть кому позаботиться о твоём пропитании, жилье, одежде. Эпоха помощи продолжалась до тех пор, пока Вселенную не потрясла весть с Планеты ургов, приветливых и добродушных существ…
Обитатели планеты, земноводные, похожие на пёстрых медвежат, страдали странным заболеванием, основной признак которого – истощение. Дети на планете были веселы и беззаботны. Но в определённом возрасте то один, то другой урга вдруг начинали на глазах хиреть, задумываться, сторониться соплеменников. Учёные, собравшиеся из разных уголков Галактики, напрасно ломали голову над загадочным недугом: ещё вечером молодой урга плясал под хлопки в лагере экспедиции, отрабатывая лакомство, а утром лишь по цвету шёрстки учёные могли узнать вчерашнего весельчака. Урга становился угрюмым, раздражительным и неохотно откликался на голос: слов урги не различали, реагируя лишь на интонацию. Ни инъекции, ни психотерапия лучших лекарей Вселенной не помогали – урга становился вялым, безразличным и, чем больше о нём заботились, тем больше усиливалось раздражение и озлобленность. В конце концов, особь погибала, исхудав и пожелтев. И так по всей планете. Только-только зарождавшейся цивилизации с примитивной культурой и зачатками ремёсел, грозила гибель. И причины были неясны. Так продолжалось, пока однажды в горах геологи не наткнулись на каменный город. Стройные колоннады, ярко освещённые улицы, светлые площади, украшенные скульптурами – всё говорило о величии расы, постигшей гармонию – город в ложбине среди гор, казалось, вырос сам по себе, не нарушив великолепия ландшафта.
И ни единого живого существа. Геологи подивились. Связались с учёными. В конце концов, это не их дело. Посовещавшись, решили заночевать в одном из дворцов. Побросали неприхотливые пожитки и оборудование. Устроились. А в полночь пришли голоса.
В массовые галлюцинации геологи, реалисты, не поверили. Прислушались. Дворец наполнился праздником. Незримые пришельцы о чём-то говорили, напевали, звали куда-то. И хотелось сопричастности к чужому веселью и этой радостной жизни.
А потом пришло откровение. В тихом говоре и шелесте серпантина геологи все одновременно услышали голос.
Геологи были с разных планет – и каждый услышал свой родной язык. Голос с каждым был на ты. – Телесная оболочка, – размышлял вслух кто-то невидимый, – лишь ступень на пути познания самого себя. В детстве любой цивилизации субъект учится постигать мир вокруг – и тут нужны глаза, уши, руки или лапы, чтобы удостовериться, что окружающее существует, и ты – лишь часть окружающего. Но потом приходит высшее знание – и субъект открывает Вселенную внутри себя. И это знание бесконечно! Пришелец! Наша планета так стара, что тебе и представить трудно, какие тайны хранят урги. Вы внесли в окружающее новые знания и законы – и урги гибнут, чувствуя нарушенный порядок. Постигнув что-то однажды, для урги невозможно принять иное мировосприятие, которое принёс ты и другие. Пока не поздно, уходи!
Планету оставили в покое. А Всегалактический Совет принял закон, запрещавший без согласия аборигенов вмешиваться в их жизнь.
Добиться же согласия у крайсов не было возможности. Крайсы никак не могли понять, что от них требуют. И подписать договор никто не смог бы – письменность крайсы пока не придумали.
Хищников на Планету крайсов привлекало и простодушие обитателей: никто не пытался помешать, никто особо не любопытствовал.
А потом Хищники и вовсе избавились от лишних свидетелей. Радиационные сети, брошенные на посёлок крайсов, оказались славной штукой.
Оставалось лишь немного подождать – лучшей базы в пространстве и времени не найти.
Крайс не чувствовал ног, передвигаясь в ледовом царстве. Снова пурга. И бешеная ледяная крошка, хлещущая по морде. Но самец упрямо шёл вперёд, пока над ним громадой не навис чёрный шатёр пришельцев.
Ни входной двери, ни отверстий, через которые можно было бы проникнуть внутрь, в шатре не оказалось. Крайс долго ходил вокруг. Наконец, он нащупал еле приметное наледенение: изнутри шёл тёплый воздух, который тут же превращался в лёд. Крайс разгрёб снег.
– Откуда-то дует! – поднял морду хищник Ар. До возвращения собрата, который подрядился достать скипетр времени, нужно было ещё ждать и ждать.
Страница: 1 2 3 ... 37 38 39 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0224 сек
SQL-запросов: 0