Электронная библиотека

Мэри Воронов - Змея

Сандра чувствовала, что желтые глаза Люка наблюдают за ней из противоположного угла комнаты, он словно держал ее на поводке, поэтому она стала скакать по комнате, тряся гривой волос и гарцуя, как лучшая во всей стране чистокровная лошадь. Это была игра, и назвать Рика киллером - тоже игра. Он был частью их игры. Информация проплывала мимо нее, но она не тревожилась. Это лишь затягивало ошейник возбуждения вокруг ее шеи.
Ужин состоял из экологически чистых овощей, домашней крольчатины, порошка гинкго, неизвестных таблеток и чая со странным названием "Кошачий коготь". Оказывается, Люк вовсе не был любителем полуфабрикатов. Они с братом внимательно изучали и рассматривали продукты, как пара енотов. Мыли, сортировали, готовили, со смехом вспоминая семейную историю о том, как их отец целый год по субботам готовил им тушеного кролика. Они хвастались перед всеми одноклассниками, что едят крольчатину, пока не узнали, что это не кролик, а тунец в грибном соусе, которого их отец готовил, потому что это было самое простое в приготовлении блюдо.
Потом Рикки рассказал, как их отправили на религиозно-исправительное ранчо в штате Юта. Приехав туда, они увидели, что все дети стоят на улице в одних трусах. Люк отказался раздеться и попытался поднять восстание, но его никто не поддержал. Той ночью десять учителей отвезли обоих братьев в пустыню. Люк должен был смотреть, как Рика пороли ремнем. Оставив Рика одного, учителя отвезли Люка в другое место и тоже выпороли. Каждый по очереди.
- Но ведь это противозаконно. Тебе было больно? - Сандра поморщилась.
- Да, больно, но еще хуже были дурацкие шуточки, которые они отпускали, когда приехали за нами утром.
Глаза Рика вспыхнули, он как будто сканировал Сандру. Стильная, образованная, наверное, очередная любительница острых ощущений. Непонятно, как это его младшему брату всегда удается подцепить красотку. Даже в самом отстойном баре вдруг, откуда ни возьмись, появляется классная телка, выскакивающая из кабриолета с папашиной кредиткой в руках. Еще когда они были мальчишками и ходили на школьные дискотеки без приглашения, Люк без труда уводил королеву красоты, за которой следовал ее разъяренный бойфренд с группой товарищей, чьи лица вскоре превращались в кровавое месиво. Эту часть Рик любил больше всего.
Но, наблюдая за Сандрой, он изменил свое мнение. Она была не такой, как все. В этой девушке таилось нечто неуловимое, какое-то невидимое силовое поле. Ее сила была не явная, а словно сокрытая в глубине лесного озера. Он понимал язык ее тела: Люк ей нравится, но ничего больше она не хочет. В этом вся беда.
После ужина уезжать было слишком поздно, так что они решили остаться на ночь. Они сели на крыльце и слушали пустынную мглу и Рика, который говорил так, будто кто-то всадил в него иглу от патефона. Время от времени Люк вставлял свои комментарии по поводу того, какой отсюда прекрасный вид, хотя разглядеть что-нибудь в безлунной ночи было невозможно. Сандра посмотрела поверх перил. Вокруг лежали неподвижные песчаные дюны, и казалось, они дрейфуют на лодке пo студеному морю, которое вот-вот их проглотит.
Рик засмеялся:
- Я построил дом на холме не затем, чтобы любоваться окрестностями.
Она заметила, что, когда Рик смеется, глаза его остаются неподвижными. Смех придавал им не счастливое, а беспомощное выражение, как если бы его выставили за дверь. Он вызывал в ней чувства, которые вызывает саламандра из живого уголка в школе или бездомная собака.
- Я построил этот дом на холме, чтобы видеть, кто приближается. Держу руку на пульсе.
Хорошо. А что тут скажешь? Пусть поболтает, пока они будут плыть на крыльце по морю песка. Песка, терпеливый план атаки которого состоял в том, чтобы пережить все живое. Ветер, наигравшись раздробленными косточками и сушеной травой, остановился у крыльца послушать мертвенный голос Рика.
- Месяц назад я был в пустыне, ехал и увидел этот каменистый утес. Я оставил машину и полез на него. Взял ружье - на случай, если встречу гремучую змею. Только забрался на вершину, - смотрю, что-то двигается, маленькое такое пятнышко. Я жду, пятнышко все больше и больше, но вот показалась машина. Съехала с дороги и остановилась футах в тридцати от моей. Когда парень вылез из машины, я приставил винтовку к плечу. Парень незнакомый. Наверное, хотел помочь, решил, что у меня мотор перегрелся… а я прицелился прямо в него. Когда он был метрах в трех от моей машины, я выстрелил в землю у его ног. Никогда не видел, чтобы люди так быстро падали. Помнится, я улыбался, приговаривая: "Умница, хороший мальчик", - знаете, как сюсюкают с собаками? Он встал и попытался дойти до своей машины, я выстрелил снова. Каждый раз, когда он делал движение, я останавливал его. Иногда заставлял идти задом. Это было сложнее. Он очень испугался. Мне пришлось быть настойчивым. После того, как он догадался, стало не так забавно.
- И долго ты его мучил? - осторожно спросил Люк.
Ветер сидел на крыльце рядом с ними и смотрел в бледные голубые глаза Рика. Шаль из серых облаков спала, обнажив кусок неба, беззвучно взорвавшегося миллиардами звезд.
- Я пригвоздил его к тому месту на несколько часов. Мы по-настоящему узнали друг друга. На закате я отпустил его. Он настолько привык держаться подальше от своей машины, что мне даже пришлось применить силу.
Рик замолчал. Никто не говорил ни слова.
- Жаль было с ним расставаться. Мне нравится думать, что он живет поблизости и что когда-нибудь я приду в бар, а он там будет рассказывать эту историю, и мы снова встретимся.
- Ты отпустил его?
- Да. Я мог бы его убить. Но отпустил. Наверное, я просто хотел с ним поговорить.
Ветер соскочил с крыльца и умчался в пустыню.
Той ночью они во второй раз были вместе в постели, но даже не коснулись друг друга. Во-первых, Сандра была абсолютно трезвой, во-вторых, считала, что он привык к проституткам или дешевым, но невероятно сексуальным женщинам. А потому она чувствовала неловкость и всячески пыталась скрыть это под покровом разговора. Ей казалось, что в темноте ее голос звучит очень смешно.
- Не верится, что он твой брат.
- Почему? Потому что мы не похожи?
- Он такой правильный, а ты дикий.
- Вот тут ты ошибаешься. Он безумец. Я бы никогда не стал убивать, если мне не хочется. А он бы убил. Он хладнокровен, к тому же умнее меня. Раньше я издевался над ним, говорил, что у него нет сердца, чтобы разозлить и заставить подраться.
- Я думала, вы близки.
- Ха, были. Нам нравилось драться. Это было клево. Я прошу его передать молоко, он бьет меня, я толкаю его, - и так до тех пор, пока мы не выдохнемся.
- А что говорил ваш отец?
- Не испачкайте кровью ковер.
- Ему было наплевать?
- Конечно нет. Просто он все равно не смог бы нас разнять. Мама пыталась, потому что Рик был одаренным музыкантом, собирался стать пианистом.
- Он играл на рояле?
- Да. Она хотела, чтобы я рисовал или лепил из глины. - Сандра почувствовала, как Люк улыбнулся в темноте. - Ты думала, мы из низшего класса, дети дальнобойщика? Мой отец был профессором теологии и философии в Калифорнийском университете. К шестнадцати годам мы с Рикки стали наркобаронами в университетском городке.
- Нет, Люк, я хотела спросить, разве ему наплевать на то… что вы преступники?
- Ты рассуждаешь, как моя мама.
Сандра молчала. Какое-то время они оба прислушивались к ночным звукам: пению сверчков, уханью сов, вою койотов.
- Отец постоянно говорил нам: "Законы существуют для толпы, но, обретя знания, вы можете сами управлять своей жизнью".
- Значит, он по-настоящему вас любил.
- Конечно любил. Это мама все время сходила с ума. Она то и дело бросала его и тащила нас за собой. Как-то раз мы пару недель прожили на пляже, потому что она не смогла найти никакого другого пристанища. Но мы были детьми, и нам было весело.
Сандра изогнулась под одеялом, повторяя изгиб его тела.
- А что с ней случилось?
Рука Люка скользнула по ее спине.
- Она живет в холмах в секте адвентистов Седьмого дня.
- Да ну? - Ей нравилось, как он гладит ее. Казалось, будто он сам слепил ее тело и знал каждый его кусочек и то, как эти кусочки соединяются. - А твой отец?
- В конце концов он спился и не захотел взять нас к себе. Тогда-то Рикки и научился быть хладнокровным.
- Но ведь ты не такой.
- Нет… поцелуй меня.
Она поцеловала его, и одиночество снова отступило.

7
Стервятник

Сандра спит и видит во сне двух мальчиков, в сумерках играющих на пляже. Они дерутся, как щенки. Борьба хоть и непрерывная, но вялая и, похоже, ни один из мальчиков ни разу не пострадал. Выше на берегу молодая женщина в джинсах жарит на маленьком костре пару хот-догов. Она встает и зовет детей:
- Рикки, Люк, ужин готов. Перестаньте драться и идите есть.
Мальчики берут хот-доги, но Рикки выбивает хотдог из рук Люка, и тот падает на песок. В ответ Люк толкает Рика и далеко швыряет его хот-дог, раздается крик матери:
- Хватит. Прекратите драться. Вы как Каин и Авель. Когда-нибудь один убьет другого.
Мальчики перестают драться и робко смотрят на мать.
- Теперь поднимите свои хот-доги и помойте их. У нас больше нет еды.
Вода играет тысячами кусочков лунного света. Стоя у пенной кромки черной воды в окружении толпы угрюмых чаек, Люк глядит на призрачные следы убегающего за горизонт дня.
- Мама прокляла нас. Значит, нам и вправду придется убить друг друга, как в Библии?
- Нет, - Рикки положил руку на плечо младшему брату. - Мы ведь братья. Мы связаны кровью, а кровь сильнее любого закона или библейского проклятья.
← Ctrl 1 2 3 ... 12 13 14 ... 29 30 31 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB © 2012–2017

Генерация страницы: 0.0509 сек
SQL-запросов: 0