Электронная библиотека

Борис Акимов - Исповедь хироманта. Жизнь как чудо

В минуты, часы, дни, недели, месяцы, годы тоски очень важно почувствовать присутствие Бога. Через ангелов Его, слово Истины и благодать Господню.
Ангелы мои поддерживали меня, как только могли. Песня Ю. Шевчука "Новая жизнь" была написана словно для меня.
Вышел из комы ночью там,
где храм на крови без крова,
Капельницы – в клочья,
жить начинаю снова.
Разлетелась вода снегом,
белой ваты жую мясо,
Волчьим вещим живу бегом,
небо красное – будет ясно.
Новая жизнь разбежалась весенним ручьем,
Новая жизнь разлилась по ларькам, по вокзалам.
Новая жизнь посидим, помолчим ни о чем,
Новая жизнь никогда не дается даром…
Она часто звучала на волне "Нашего радио" из автомобильного радиоприемника в это время, как и другие песни о любви, счастье и надежде. Ничего кроме русских песен я слушать не мог. Английская и французская речь вызывала у меня жгучую боль в груди.
Но особенно меня поразил огромный плакат, установленный на проспекте Вернадского, когда депресняк опять грыз меня, с одной-единственной фразой: "Тьма сгущается перед рассветом!" У меня на глаза навернулись слезы, когда я его увидел. Это мой любимый афоризм. И плакат этот тоже словно был предназначен лично для меня.
Слово Божие долетало до моего уха. Его можно услышать из уст мудреца, или праведника, или, как я называю, "правильника". Добрая книга, фильм, музыка – все это мудрость Господня.
Помню как-то: грусть-тоска, я сажусь в авто, включаю радиостанцию "Серебряный дождь" и слышу совершенно незнакомый мне голос человека, говорящий о музыке. О том, как ее слушать. О ее тайнах. О культуре. О душе человека.
Голос завораживал. И был сам музыкой. Я забыл обо всем, слушая рассказчика, и понял – мир Божий удивителен. И жизнь прекрасна. Главное – об этом всегда помнить.
Этого необычно светлого человека зовут Михаил Казиник. Михаил Семенович скрипач, эксперт знаменитого Нобелевского концерта, профессор Драматического института Стокгольма и… Высшей школы бизнеса Скандинавии. Его можно услышать на "Серебряном дожде" в воскресенье с 11 до 12 в прямом эфире из Стокгольма в передаче "Тайные знаки культуры".
Музыка не только облагораживает, она – та соломинка, которая способна вытащить из болота тоски.
Божья благодать простирается предо мной. Я всегда считал, что жить у воды – результат хорошей кармы. Река, озеро, море – могут разговаривать с тобой. В них можно утопить свою печаль. Правда, топя свою печаль, не утоните сами.
Я жил у Москвы-реки в Коломенском. И живу сейчас в Щукино. Но река в Москве неоднозначна. На севере – там, где она только вливается в город (Серебряный Бор, Крылатское, Строгино), – река живая. А как хороша Москва-река на севере Подмосковья! Москвичи, вы видели когда-нибудь эту тихую светлую прекрасную русскую реку в ее естественном течении? Нет? Так скорее поезжайте в Можайск, Рузу или Звенигород! В городе она уже исполнена другой, беспокойной энергией. Хотя бы Крымский мост – любимое место самоубийц. Когда я смотрю с него на бронзового исполина с бейсбольной битой в поднятой руке – пародийного Петра, – то мне тоже хочется утопиться.
На юге, вобрав в себя энергию больного города, безжизненным потоком река течет дальше.
Такой же рекой или морем могут стать лес, степь, горы. Когда я остаюсь наедине с природой, то остаюсь наедине с Богом. Суета большого города отрывает меня от первозданной сути. Даже дождь или снег, не говоря уже о солнце, дают мне энергию жизни. А вы знаете, что такое солнечный ветер? Это ветер, пронизанный любовью солнца в июльский день на берегу реки Навля.
Утратить связь с природой – утратить связь с матерью.
Я выжил. Обрел себя. Страх, боль, тоска, ненависть ушли, оставив место гармонии, спокойствию, радости. Это случилось в моей душе. Теперь должно случиться в моей жизни.
И еще. Я понял, что я живой человек. Смеюсь, когда мне весело. И плачу, когда грустно. У меня можно вызвать агрессию и тоску. Если Судьбе надо, то она пошлет те испытания, которые обнажат твои душу и чувства, и ты поймешь, кто ты есть на самом деле.

Брат

Дай-ка, брат, тебя обнять…
Ю. Шевчук
Но не все испытания я прошел на пути к новой жизни. Не все в старой жизни разрушилось.
30 марта, к вечеру, у меня вдруг опять проявилась давняя знакомая – депрессия. Было весьма неожиданно. Тревога и слабость вошли в мою душу. И чтобы снять их, мне почему-то захотелось лечь на пол. Или лучше на землю. Странное чувство.
Утром 1 апреля настроение соответствовало дате, и я был занят придумыванием розыгрышей для друзей.
В начале одиннадцатого раздался звонок на мобильный, и незнакомая женщина сообщила, что мой брат сегодня умер. Нелепость ситуации сочеталась с трагизмом.
Я понял, что вчера было предчувствие смерти.
Брат был добрым, тихим человеком. Его жизнь не сложилась. К тому же он пил. Пил по-тихому. Мама спасала его неоднократно, когда он был нетверез. От смерти в состоянии алкогольной интоксикации. Без нее он бы давно умер.
Но здоровье матери с возрастом ухудшалось. Давление было высоким и падало зрение. У нее диагностировали аденому гипофиза. Последнее время она принимала гормональные препараты.
Осенью мама решилась на операцию. Она легла в областную больницу, никого не поставив в известность. Но намеченная на понедельник операция была перенесена на среду. В среду она тоже не состоялась, и мама была прооперирована в пятницу. В субботу утром чувствовала себя хорошо, но к вечеру потеряла сознание. В понедельник пришел лечащий врач, и выяснилось, что дренаж не работал, и в мозгу накопилось много крови. Была проведена повторная операция. Но очаг поражения был велик, и через месяц мама тихо угасла в возрасте 68 лет.
Так, видимо, распорядилась Судьба. Ведь зная о ее планах, я бы положил ее в хирургическое отделение НИИ неврологии, где учился. Да и переносы операции странны. Если бы ее повторно прооперировали на следующий день, а не через двое суток, она была бы жива. Есть у меня легкое чувство вины перед матерью. Столько учился на врача, а ей помочь не смог.
Брат неотлучно находился с больной мамой, отдавая ей свой сыновний долг.
И вот он остался один. Отец не мог так следить, как это делала мать. У брата начались запои.
Тут случилось чудо. Видимо, мама не оставила его и после смерти. Брат дал объявление о желании вступить в брак в областную газету. К нему приехала знакомиться женщина из соседнего города Белые Берега. Когда она пришла к нам домой, отца не было, а брат был пьян и спал на диване. Зина, увидев такую неприглядную картину, развернулась и пошла обратно. Кому нужен муж-алкоголик? Но едва она взялась за ручку двери, как неведомая сила остановила ее и сказала: "Останься и вылечи его". И Зина осталась. И взяла на себя материнские заботы.
Брат пил меньше, взялся за ум, но уже подорванное здоровье привело к внезапной и быстрой смерти от остановки сердца по дороге на работу. Я смотрел его руку. Конечно, долгой жизни там не увидел. Но я надеялся еще лет на десять. Судьба распорядилась иначе.
Опять мои знания и опыт не помогли.
Абрам, почему у тебя так много детей?
– Помирать буду, найдется кто-нибудь подать стакан воды.
Умирает Абрам. Смотрит на своих детей, стоящих у одра, и думает:
– А пить-то не хочется.
Зина осталась одна. Во второй раз. Первый ее муж умер от почечной недостаточности. Есть такой феномен "черной вдовы". Судьба женщины, у которой умирают мужья. Жаклин Кеннеди – самый известный исторический пример. Не знаю, чем это объясняется в ее случае, но в случае с Зиной все ясно. Судьба направляла ее к мужчинам, обреченным умереть рано, чтобы продлить их жизнь. Такая вот сестра милосердия. Белая вдова.
Мы с отцом остались одни. Судьба настойчиво разрушала мою прежнюю жизнь.
9 апреля было девять дней брату, и со мной случилась следующая история. В этот день у меня были назначены встречи в центре города, и я решил поехать на метро. Быстрее будет. Да и о парковке думать не надо. Тем более, что выехал я в 11 часов, народу немного.
Выходя из метро, обнаружил отсутствие бумажника. Пары минут хватило, чтобы понять: его украли. Когда поезд набирал обороты, меня толкнули в спину. И все. Бумажник, лежавший во внутреннем кармане пиджака, исчез. Профессионалы международного класса. Дело в том, что я помню о ворах и держу ухо востро. Так, пару лет назад, опять же на "Коломенской", вор полез ко мне в портфель, висевший на плече. Я повернулся и сказал лицу кавказской национальности:
– Там нет ничего.
– Извини, брат! – сказало лицо кавказской национальности и вышло на "Автозаводской".
Я решил проявить гражданскую ответственность и доложить о случившемся милиционеру на станции. За железной дверью с надписью "Милиция" сидела полная тетенька в сержантских погонах и мерила себе артериальное давление. По ее выражению лица я понял, что давление явно высокое, и мой визит некстати. Но милиционерка быстро отложила аппарат в сторону и проявила живость бегемота, стремящегося к реке Лимпопо. Я изложил ситуацию.
– Нинка, тут у нас карманники появились, – доложила она кому-то по служебному телефону. – Пойду посмотрю.
← Ctrl 1 2 3 ... 38 39 40 ... 43 44 45 Ctrl →
стр.

ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА PROFILIB 2012–2018

Генерация страницы: 0.0319 сек
SQL-запросов: 0